Студопедия.Орг Главная | Случайная страница | Контакты  
 

Htm «а рубеже XIX-XX вв



ускоренной модернизации страны и невозможностью реализовать эти задачи в условиях сохранения много­численных остатков традиционного общества ощуща­лось во всех сферах общественной жизни.

В чем оно проявлялось?В экономике развитие то­варно-денежных отношений, свободной конкуренции сдерживалось сохранением помещичьего и общинно­го землевладения, а также вмешательством государства в процессы монополизации.

В политической области наиболее острым было противоречие между потребностями демократизации общества и существующей в России формой правле­ния. На фоне изменений в мире феодально-абсолюти­стская династия Романовых в начале XX в. выглядела политическим анахронизмом.

В области социально-классовых отношений на первый план выдвинулось противоречие между крес­тьянством и помещиками. Развитие капиталистических отношений при отсутствии механизмов защиты инте­ресов рабочих привело к обострению на рубеже веков противоречий между пролетариатом и буржуазией. Повысился уровень социальных ожиданий и требова­ний российской буржуазии и интеллигенции. Соци­альную нестабильность в стране усиливали межнацио­нальные противоречия. Капитализм ускорил процесс формирования наций. В условиях продолжения руси­фикаторской политики самодержавия национальные движения ряда народов России становились важным фактором демократических преобразований в стране.

Обострение этих и ряда других противоречий привело Россию в начале XX в. на грань общенацио­нального кризиса. Ввиду этого одновременно нужно было решать и аграрный вопрос, и задачи капитали­стической индустриализации, и проблемы демократи­зации общественно-политической жизни, и нацио­нальный вопрос, и десятки других больших и малых проблем, как лавина, свалившихся вдруг на страну. Иными словами, Россия на рубеже веков должна была резко ускорить капиталистическую модернизацию и в целях выживания в быстро меняющемся мире лик­видировать свое отставание от передовых стран.

А такое отставание практически по всем качествен­ным показателям было Весьма значительным. По уров­ню грамотности населения и степени урбанизации Российская империя занимала последнее место среди развитых стран мира. Смертность населения в России была выше, чем в любом из европейских государств, достигая ежегодно 35 человек на одну тысячу жите­лей, тогда как в Англии она составляла 19 человек, во Франции — 22, в Германии — 24 человека.

В 1900 г. годовой доход на душу населения состав­лял в России 63 руб., Германии — 184, в Англии — 273, в США — около 350 руб., что в общем-то объективно отражало уровень экономического развития этих стран. Заметим также, что по всем качественным по­казателям (производительность труда, объем продук­ции на душу населения и др.) Россия в 3 — 10 раз усту­пала Германии, Англии и США.

В то же время упрочение позиций капитализма в России неизбежно вовлекало ее в созданную индустри­альной стадией развития мира систему экономических и геополитических противоречий. С 1878 г. Россия четверть века прожила без войны. Однако она не могла оказаться вне того баланса политических и военных сил, который стал складываться в Европе, и совместно с Англией и Францией создала военно-политический блок — Антан­та (1907), направленный против аналогичного блока в составе Германии, Австро-Венгрии и Италии — Трой­ственного союза (1882). Цивилизованный мир медленно, но неуклонно продвигался к большой войне.

■ Основные тенденции социально-экономического развития Российской империи в конце XIX - начале XX в.

Отмена крепостного права и другие реформы 1960— 1970-х гг., как уже говорилось, положили нача­ло переходу России к индустриальному обществу, ос­нованному на частной собственности и рыночной эко­номике. Главной особенностью этого перехода было то, что он осуществлялся в условиях незавершенности процесса первоначального накопления капитала и со­хранения в стране многочисленных остатков традици­онного общества.

Каковы же тенденции становления индустриаль­ного общества в России?

В отраслях крупной промышленности осуществлял­ся переход от мануфактур, основанных преимуще­ственно на принудительном труде, к фабричному про­изводству. После отмены крепостного права начал расширяться внутренний рынок, в том числе и рынок рабочей силы, создавались условия для конкуренции между товаропроизводителями. В то же время предпри­ятия, находящиеся в сфере интересов государства, не были включены в систему рыночных отношений и оставались своего рода монополистами.

Процесс накопления капитала внутри страны шел достаточно медленно, и новоявленные российские пред­приниматели стремились вкладывать средства в те. от­расли промышленности, которые приносили быструю и устойчивую прибыль. Поэтому в 1870 — начале 1880-х гг. преимущественное развитие получили отрасли легкой промышленности, главным образом текстильная, на долю которой приходилось свыше половины стоимости всей промышленной продукции России. Крупные центры текстильной промышленности были созданы в Москов­ской и Владимирской губерниях, Санкт-Петербурге, Лодзинском районе Польши. При активном участии тек­стильных магнатов Морозовых, Прохоровых, Рябушинс-ких в стране были созданы банки, которые составили ядро финансовых групп, бравших под контроль российскую промышленность.

В 1870-х гт. зарождаются отечественное транспорт­ное машиностроение и рельсовое производство, и хотя Россия тогда выплавляла около 3% мирового производ­ства чугуна, рельсы на русских заводах делали из им­портного. Основные виды станков, машин, оборудования для фабрик и заводов также закупались за границей.

Отставание Российской империи от передовых государств Запада становилось угрожающим, поэтому в 1880-х гг. был взят курс на индустриализацию стра­ны. Главной силой организации процесса индустриа­лизации в России выступало государство. Его вмеша­тельство в экономическую жизнь проявлялось в при­оритетном и льготном финансировании отдельных от­раслей промышленности, в проведении протекционист­ской таможенной и налоговой политики, в привлече­нии в российскую промышленность иностранного капитала. Внутренние источники накоплений для ин­дустриализации формировались преимущественно за счет экспорта хлеба и сырья.

Экономика огромной страны не могла развиваться без разветвленной транспортной сети. Дороги были (и остаются!) одной из главных бед России. Во второй половине XIX в. страна переживала настоящий «бум» железнодорожного строительства. К 1880 г. в европей­ской части страны частными компаниями был создан костяк железнодорожной сети (19 тыс. км). Это было время, когда в течение нескольких лет железнодорож­ные подрядчики С.С. Поляков, Д. Е. Бернадаки, и другие сколотили миллионные состояния. Чтобы возместить понесенные убытки государство стало выкупать част­ные железные дороги и организовывать их казенную эксплуатацию. Новые железнодорожные пути в стране начали строиться преимущественно государством по схеме, позволяющей связать центр и окраины и дать выход традиционным товарам российского экспорта к морским и речным портам. Протяженность железных дорог в России к началу XX в. увеличилась более чем вдвое и составила около 50 тыс. км.

В ходе железнодорожного строительства в страну с помощью займов были привлечены крупные запад­ные инвестиции, составившие около 4 млрд. руб. По­чти половина из них была направлена в горно-метал­лургическую, машиностроительную, химическую и текстильную промышленность. Иностранный капитал способствовал и введению в стране золотого денежно­го обращения, созданию банковской сети и рынка ценных бумаг. Внутренние источники индустриализа­ции в 1890-х гг. пополнялись за счет увеличения нало­гов и введения монополии винной торговли, а также роста экспорта хлеба и сырья.

Железнодорожное строительство во многом сти­мулировало индустриализацию и способствовало бур­ному развитию ряда отраслей отечественной промыш­ленности. В России наметился поворот к производству средств производства, хотя производство предметов потребления еще составляло 2/3 валового продукта промышленности. В 1880-х гг. Россия прекратила вво­зить паровозы и вагоны, но растущие потребности в станках и фабрично-заводском оборудовании по-преж­нему удовлетворялись за счет импорта.

В 1880— 1890-х гг. происходят значительные сдви­ги в территориальном размещении промышленности. Наряду с развитием прежних центров (Урал, Петербург, Москва) возникли новые промышленные районы: Юж­ный — угольно-металлургический, Бакинский — по до­быче и переработке нефти. Главным центром добычи угля и производства металла в стране стал Донецко-Криворожский район, в котором к концу XIX в. вы­плавляли более 40% всего чугуна. В стране складыва­лись и районы, специализирующиеся на переработке сельскохозяйственной продукции: сахарной свеклы, молока, картофеля.

В ходе промышленного подъема 1893— 1899гг. промышленное производство в стране увеличилось вдвое, а общий рост его объема за 40 пореформенных лет превысил 700%. Однако даже столь быстрые тем­пы развития позволили Российской империи к началу XX в. лишь незначительно сократить свое отставание от развитых государств Запада.

Не было в России и значительного слоя богатых людей. В начале XX в. из 150 млн. человек, населявших империю, только немногим более 550 тыс. физических и юридических лиц имели годовой доход свыше 1 тыс. руб., а доход свыше 10 тыс. руб. получали около 30 тыс. человек, что вместе с членами их семей составляло 0,1% населения.

Процесс утверждения капитализма в России отли­чался тяжелыми формами эксплуатации трудящихся, нищенской зарплатой подавляющего большинства ра­ботников, произволом владельцев предприятий, отсут­ствием охраны труда и элементарных бытовых усло­вий. По данным статистики (исследование Ф.Ф. Эрис-мана), на 1000 человек рабочих на московских ткацких фабриках приходилось ежегодно от 277 до 303 увечий. Обычными для российских фабрик и заводов были квартиры коечно-каморочного типа, когда большая казарма разделялась легкими, не доходящими до по­толка перегородками на жилые семейные отсеки.

Символами модернизации аграрной страны обычно являются города. По переписи 1897 г. в России насчиты­валось 865 городов, но лишь в 19 из них численность населения превышала 100 тыс. человек, в 37 — 50 тыс. человек, и в 112 проживало от 20 до 50 тыс. человек. Чис­ленность населения остальных 697 городов составляла от 400 человек до 20 тыс., и никакие признаки цивилиза­ции абсолютно не нарушали патриархальную жизнь многих уездных городов империи. В начале XX в. только в 17 городах страны была канализация и в 35 — трамваи. Среди всех жилых строений в 50 губерниях России насчитывалось лишь 3,6% каменных зданий.

Об уровне развития страны и ее месте в мире очень красноречиво свидетельствует экспорт товаров. В начале XX в. Российская империя вывозила за гра­ницу всего 6 — 8% производимых товаров, и ее доля в мировом экспорте (4,2%) была ниже доли в мировом промышленном производстве. В структуре российско­го экспорта до 50% составляло зерно, второе место занимала продукция текстильной промышленности. Россию на мировом рынке не встречали аплодисмен­тами, он уже был поделен. Попытка товарищества «Братья Нобель» пробиться на мировой рынок с ба­кинской нефтью в конкуренции с американской «Стан­дарт Ойл» оказалась безуспешной.

В начале XX в. промышленный подъем сменился в России спадом производства. Он совпал по времени с мировым экономическим кризисом 1900— 1903 гг. и был обусловлен в значительной степени сокращением при­тока иностранных капиталов в российскую промыш­ленность. Спад производства сопровождался банкрот­ством и разорением около 3 тыс. мелких и средних предприятий, ростом безработицы, снижением жиз­ненного уровня населения. Крупные промышленники использовали кризис для расширения своего влияния на рынке товаров, создания монополистических объ-


единений, контролировавших производство, ценообра­зование и сбыт.

В первое десятилетие нового века монополии превратились в решающий фактор хозяйственно-экономической жизни России. Возникшее в 1902 г. «Общество для продажи изделий русских металлур­гических заводов» вскоре превратилось в крупнейший синдикат «Продамет», который взял под контроль про­изводство и продажу более 80% продукции металлур­гической промышленности. Синдикат «Трубопрода-жа» монополизировал предприятия трубопрокатного производства. В нефтяной промышленности две фир­мы — товарищество «Братья Нобель» и общество «Мазут» — с 1905 г. контролировали более 77% тор­говли нефтепродуктами. Синдикат «Продуголь» объ­единил под своим влиянием до 75% добычи донецкого угля и политикой цен или резким снижением произ­водства топлива мог влиять не только на потребителя, но и на правительство. В транспортном машиностро­ении два синдиката, «Продвагон» и «Продпаровоз», почти полностью монополизировали производство вагонов и паровозов в стране.

Вместе с тем в ходе концентрации производства в России возникали в основном монополии низших ти­пов — картели и синдикаты, которые, несмотря на серьезные успехи, не могли полностью монополизиро­вать производство. В период промышленного подъема 1909—1913гг. монополизация вышла на новый уро­вень. В стране стали возникать монополии высшего типа — тресты и концерны, крупнейшие комбиниро­ванные предприятия, монополизирующие все стадии производства — от добычи сырья до сбыта готовой про­дукции. Монополизация этого вида проходила под кон­тролем возникших в стране финансово-промышленных групп и при непосредственном участии правительства. Именно так были созданы военно-промышленные кон­церны на базе Путиловско-Невского объединения и Николаевского судостроительного треста, закрепившие существующую в стране тенденцию к сращиванию государственного аппарата с военно-промышленными монополиями.

В годы предвоенного промышленного подъема от­раслевая и региональная структуры промышленности России остались неизменными, общий объем производ­ства вырос на 2/3. В 1913 г. промышленность страны полностью удовлетворяла внутренние потребности в черных металлах и прокате, паровозах, вагонах и реч­ных судах, нефтепродуктах, хлопчатобумажных тканях и сахаре. Однако сложившаяся в прошлом «транспорт­ная» направленность машиностроения ставила Россий­скую империю в зависимость от импорта станков для обработки металлов, фабрично-заводского оборудова­ния, сложных сельхозмашин. Из промышленных про­дуктов Россия экспортировала лес и пиломатериалы, нефтепродукты, ткани, марганцевую руду, сахар, в незначительном количестве паровозы и рельсы.

Несмотря на бурное развитие промышленности, Россия оставалась аграрной страной. Для 3/4 ее насе­ления труд на земле был главным источником суще­ствования.

Крестьянская реформа 1861 г. была подчинена главным образом задачам буржуазной перестройки по­мещичьих хозяйств. Но за четыре пореформенных десятилетия надежды на превращение помещичьих имений в образцовые капиталистические хозяйства не оправдались. Огромные средства (1,5 млрд. руб.), по­лученные в качестве выкупных платежей, помещики промотали. Попытки стимулировать капитализацию по­мещичьих хозяйств с помощью ссуд созданного в 1885 г. Государственного дворянского земельного бан­ка успеха не имели. Приученное веками к паразитиз­му, «первое сословие» государства так и не смогло организовать капиталистическое хозяйство на земле. Получив от банка ссуды, дворяне сдавали свои земли в аренду и могли продолжать беззаботную жизнь, пога­шая проценты по кредиту за счет арендных платежей.

Лишь незначительная часть помещиков, преиму­щественно в западных губерниях, сумела перестроить свои хозяйства на капиталистический лад. В остальных же регионах помещичьего землевладения в течение десятилетий сохранялась отработочная система, при которой свободные крестьяне своими орудиями обра-


батывали помещичью землю. В конце XIX в. из 24 гу­берний черноземной зоны отработки преобладали в 12, смешанная система — в 3 и элементы капиталисти­ческого хозяйства — в 9 губерниях.

Сильнейшее влияние на эволюцию помещичьих хозяйств оказал кризис сбыта сельскохозяйственной продукции в конце XIX в., когда американская кон­куренция почти вдвое снизила цены на хлеб на евро­пейском рынке. Дворянское землевладение стало быстро сокращаться. Земли помещиков' скупали зажиточные крестьяне, купцы, предприниматели. Центр тяжести товарности сельскохозяйственного производства стал смещаться. В конце XIX в. в Евро­пейской России под посевами было занято 64,7 млн. десятин земли, из которых 72,5% приходилось на долю крестьянских хозяйств.

В пореформенный период усилилась социально-эко­номическая дифференциация крестьянских хозяйств, в ходе которой при общей тенденции деревни к осередня-чиванию происходило резкое разделение крестьянства на беднейшее и зажиточное. Зажиточное крестьянство за счет покупки и аренды земли увеличивало производ­ство товарной продукции, беднейшее крестьянство попол­няло ряды наемной рабочей силы в деревне и в городе, превращаясь в социальный слой наемных рабочих с наделом земли. По военно-конской переписи в 1888 г. в 41 губернии Европейской России одну лошадь имели 40,1% крестьянских хозяйств, 2 лошади — 31,3%, 3 и бо­лее лошадей — 28,6%. В этих же губерниях 28% кресть­янских дворов были безлошадными.

Крупным регионом товарного зернового хозяйства стали в начале XX в. 8 областей степной зоны: Бесса­рабская, Херсонская, Таврическая, Донская, Екатери-нодарская, Саратовская, Самарская и Оренбургская. Здесь имелись благоприятные условия для создания не только индивидуальных хозяйств фермерского типа, но и крупных капиталистических сельскохозяйственных предприятий. В Таврической губернии, например, име­лись капиталистические хозяйства зернового направ­ления, площадь угодий в которых составляла от 10 до 200 тыс. десятин. Так, в частновладельческом хозяйстве

Фальц-Фейна в период уборки использовалось до 1100 машин (из них около 1000 крестьянских).

Российская деревня, особенно в центральных рай­онах, страдала от аграрного перенаселения. Средний размер надела на мужскую душу за пореформенные годы сократился с 3,4 до 2, 6 десятин. В результате рас­крестьянивания значительной части сельского населе­ния к 1905 г. из 14,5 млн. крестьянских хозяйств 2,2 млн. дворов были безземельными, до 5 десятин имели 2,9 млн. дворов и от 5 до 10 десятин — 5,1 млн., т. е. почти 70% крестьянских хозяйств России не имели земли или располагали наделами, которые не позволя­ли организовать товарное производство.

Попытки выбраться из нужды и нищеты удава­лись далеко не всем. Выкупные платежи, прямые и косвенные налоги поглощали до 2/3 крестьянских доходов. Расширить свое землепользование за счет аренды или покупки земли, приобрести улучшенные орудия труда крестьяне просто не могли. Отказаться от скудного надела и выйти из общины — не имели права. В поисках выхода из замкнутого круга кресть­яне занимались отходничеством, местными промыс­лами и все чаще обращали свои взоры в сторону по­мещичьих полей.

По подсчетам экономистов того времени, для ра­циональной организации сельского хозяйства России вполне достаточно было 20 — 25% работников от числа занятых в аграрном секторе экономики. Правда, для этого требовались изменения в землевладении и зем­лепользовании (нужно было что-то делать с помещичь­ими хозяйствами и крестьянской общиной), требова­лось совершенствование агротехники, применение в сельском хозяйстве машин и механизмов. Чтобы обес­печить только эти условия, нужно было решить целый комплекс взаимосвязанных социальных и производ­ственно-технических проблем.

Между тем культура земледелия в России была крайне низкой. В сельском хозяйстве продолжало гос­подствовать трехполье, и лишь в отдельных местнос­тях складывались многопольные севообороты. В лес­ных районах по-прежнему практиковалось подсечно­огневое земледелие. Орудия сельхозтруда в большин­стве регионов России оставались на уровне XII в. Из-за дороговизны металла железные плуги входили в обиход очень медленно. Содержавшееся в крестьянс­ких и многих помещичьих хозяйствах количество ско­та не обеспечивало потребности почвы в удобрениях. Следствием этого стало падение плодородия земли и низкая урожайность, составлявшая в среднем по стра­не примерно 6,5 ц/га.

Наиболее сложным было положение в нечернозем­ной зоне, где природно-климатические условия до предела обостряли положение крестьян. Уже на рубе­же веков были созданы первые комиссии по «оскуде­нию центра». В начале XX в. в правительстве стали разрабатывать различные проекты аграрного переуст­ройства страны, которые вскоре станут основой сто­лыпинских реформ.

Выводы

■ Рубеж XIX — XX вв. занимает особое место в исто­рии России. Это был как бы период затишья, пери­од размышлений между двумя попытками европей­ской модернизации страны (реформы 1860 — 1870-х гг. и реформы начала XX в.).

■ Цивилизационные преобразования происходили в стране достаточно противоречиво и непоследова­тельно. Ключевые проблемы общественного раз­вития (аграрный вопрос, совершенствование по­литического режима, догоняющий тип развития общества) по-прежнему не были решены, а соеди­нение элементов индустриального общества с сохранявшимися пережитками традиционного вели к углублению социального кризиса империи.

Вопросы для самоконтроля

1. В чем состояли особенности России как страны «второго эшелона» капитализма?

2. Каковы основные тенденции социально-экономического развития России на рубеже XIX — XX вв. ?


Литература

1. Коковцов В.Н. Из моего прошлого: Воспоминания. 1903 — 1919 гг.: В 2 кн. М., 1992.

2. Кризис самодержавия в России, 1895— 1917. Л., 1984.

3. Милюков П.Н. Воспоминания. М, 1991.

4. Ольденбург С. С. Царствование императора Николая II. М., 1992.

5. Столыпин ПЛ. Нам нужна великая Россия: Полн. собр. речей в Государственной думе и Государственном совете. М, 1991.

6. Тарновский К.Н. Социально-экономическая история Рос­сии. Начало XX века. М., 1990.

7. Шацилло К.Ф. Николай II: реформы или революция // Ис­тория Отечества: люди, идеи, решения: Очерки истории России IX — начала XX в. М., 1991. С. 326 - 366.

8. Шацилло К.Ф. Русский либерализм накануне революции 1905-1907 гг. М., 1985.

9. Шелохаев В.В. Идеология и политическая организация рос­сийской либеральной буржуазии. 1907 — 1914 гг. М, 1991.

10. Наше Отечество: опыт политической истории. М., 1991. Т. 1.С. 163-341 (гл. 5, 6,7,8).

И Структурно-логические схемы____________________

Схема 27

ЦАРСВУЮЩАЯ ДИНАСТИЯ РОМАНОВЫХ XIX-XX вв.

Схема 28

ПУТИ РАЗВИТИЯ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА В РОССИИ 1883-1887 гг.


Глава IX

ОБОСТРЕНИЕ СОЦИАЛЬНЫХ ПРОТИВОРЕЧИЙ В РОССИЙСКОМ ОБЩЕСТВЕ В НАЧАЛЕ XX ВЕКА. РЕВОЛЮЦИЯ И РЕФОРМЫ

Российское общество в начале XX в. Революция 1905—1907 гг. в России Становление российского парламентаризма Столыпинские реформы и их судьба Россия в Первой мировой войне

Структурные изменения в экономике нашей стра­ны в конце XIX в. значительно сократили ее отстава­ние от развитых европейских государств. В то же вре­мя ключевые проблемы XIX в. — аграрный вопрос, со­вершенствование политического режима — не были решены и привели к резкому обострению социальных противоречий в русском обществе.

С начала XX в. дилемма: реформы или революция стала предельно ясной. Реформы в политической и аграрной сферах могли бы изменить ход развития стра­ны. Затяжки и проволочки с проведением реформ неумолимо приближали социальный взрыв.

Однако цивилизационные преобразования в Рос­сии во многом определялись позицией, которую зани­мали правители страны, и ментальностью российско­го общества.

1 Российское общество в начале XX в._________________

В начале XX в. в России имели место две соци­альные войны: одна — между царским самодержави­ем, его окружением и народом; другая — между бур­жуазией и пролетариатом. Это обстоятельство обус­ловило формирование трех политических лагерей: правительственного, либерально-буржуазного, рево­люционно-демократического. Какова была социальная структура населения России накануне революции?

Согласно Всероссийской переписи населения 1897 г. в Российской империи проживало 125,6 млн. че­ловек. Основным в структуре русского общества того времени было сословное деление. Все подданные Рос­сийской империи принадлежали к одному из основных сословий, которые делились на податные и неподатные.

■ Дворяне (около 1,5% населения страны) делились на потомственных и личных. Это было самое при­вилегированное сословие. К дворянам было зап­рещено применять телесные наказания, они зани­мали все ключевые посты в государстве:

— мелкопоместные дворяне (владели землей до 100 десятин) — около 60 тыс.;

— среднепоместные (владели наделом от 100 до 500 десятин) — около 25,5 тыс.;

— крупные дворяне (наделы от 500 до 1000 деся­тин) — около 8 тыс.;

— крупнейшие дворяне (наделы от 1000 до 5000 десятин) — около 6,5 тыс.

■ Духовенство (около 0,5% населения) также не под­вергалось телесным наказаниям и не платило по­датей. Духовенство делилось на черное (монаше­ствующее) и белое (не связанное обетом безбрачия). Церкви принадлежало более 2 млн. десятин земли. В ее ведении находилась целая система церковных учебных заведений: духовные академии, 57 семи­нарий, 186 училищ. Для религиозного обучения на­родов России к 1905 г. действовало почти 43 тыс. церковноприходских школ, в которых обучалось около 2 млн. детей.

■ Купцы (0,2% населения) принадлежали к сословию городских жителей, были единственным соци­альным слоем, для вступления в который необхо­димо было уплатить денежный взнос.

■ Мещане (примерно 10,6% населения) также отно­сились к сословию городских жителей. Это так на­зываемые средние слои города (мелкие служащие, ремесленники, домашняя прислуга и т. д.).

■ Казачество (2,3% населения) — привилегирован­ное военное сословие, которое было обязано нести службу в течение 20 лет со своим снаряжением. За это казаки освобождались от налогов и наделялись землей.

■ Крестьяне (77,1% населения) относились к сосло­вию сельских жителей. Они могли быть подверг­нуты телесным наказаниям, на них падала основ­ная тяжесть воинской повинности, податей. Русская буржуазия, которая постепенно становилась

ведущей силой в экономике, в политической жизни страны играла совсем незначительную роль. К крупной и средней буржуазии в начале XX в. принадлежало около 1,5 млн. человек. Основным источником попол­нения буржуазии были выходцы из кулачества, дво­рян, отчасти мещанства, иностранцев.

Рабочие по паспорту числились мещанами или крестьянами. Во-первых, следует отметить неоднород­ность состава российского пролетариата. Так, фабрич­но-заводской пролетариат составлял в России к нача­лу XX в. 1/3 его численности. Значительная часть ра­бочего класса была занята в сфере услуг, торговли, на кустарных предприятиях, промыслах. Во-вторых, про­летариат был тесно связан с крестьянством. Значитель­ная часть фабрик и заводов размещалась в селах, а сам пролетариат пополнялся выходцами из деревни. Так, во Владимирской губернии более 80% предприятий приходилось на село, где было достаточно дешевой рабочей силы.

В-третьих, для России была характерна высокая концентрация пролетариата на крупных предприяти­ях. В 1890 г. на предприятиях с числом работающих более 100 человек было сосредоточено 3/4 всех фаб­рично-заводских и горных рабочих. Половина из них трудилась на предприятиях, имевших 500 и более ра­бочих. Эта особенность способствовала возрастанию общественно-политической роли рабочего класса, луч­шей организации и системности рабочих в масшта­бах всей страны. Поэтому пролетариат, раньше чем буржуазия, начал выступать как самостоятельная политическая сила.

В-четвертых, пролетариат был неравномерно раз­мещен по территории России. Наиболее высокая кон­центрация пролетариата была в Московском, Петер­бургском, Центральном районах, в Прибалтике, на Ура­ле, Украине.

По отраслям хозяйства население страны распре­делилось следующим образом:

■ сельскохозяйственное население 97 млн. чело­век (77,2%);

■ торгово-промышленное— 21,7 млн. человек (17,3%);

■ непроизводительное — 6,9 млн, человек (5,5%). Наиболее острым и в начале столетия продолжал

оставаться так и не решенный аграрный вопрос и аграрная перенаселенность центральных областей. У 102 семей было земли более 50 тыс. десятин (30% всего помещичьего землевладения). Это князья Голи­цыны, Юсуповы, графы Бобринские, Воронцовы-Дани­ловы, Орловы-Давыдовы, Шуваловы и др. Наиболее крупным собственником в России был царь Николай II. Ему принадлежали громадные массивы так называ­емых кабинетных и удельных земель. Только в Сибири они составляли 67,8 млн. га. Там добывались золото, серебро, свинец, медь, эксплуатировались леса. Управ­ляло имуществом царя особое министерство импера­торского двора. Примечательно, что во время Всерос­сийской переписи 1897 г., заполняя опросный лист, Николай II в графе о профессии собственноручно на­писал: «Хозяин земли Русской».

Так и воспринимали себя хозяевами земли Русской царь и его ближайшее окружение. А их подданные — крестьяне — задыхались от безземелья и малоземелья. «Куренка выпустить некуда», — говорили крестьяне. Средний надел крестьянской семьи составлял всего 7,5 десятин земли.

Важную роль в общественной жизни России игра­ла интеллигенция. В России, по данным переписи 1897 г., проживало приблизительно 870 тыс. человек ум­ственного труда. Среди них можно выделить 4 группы, различающиеся по экономическому положению и по классовым позициям: дворянско-помещичья интелли­генция (высшие чиновники и высокопоставленные слу­жащие), интеллигенция, занятая в сфере культуры, ин­теллигенция, занятая в сфере материального производ­ства, интеллигенция, занятая управлением промышлен­ностью, помещичьими хозяйствами, юридической практикой. Самой многочисленной была интеллиген­ция, представленная в основном низкооплачиваемыми служащими, чиновниками, учителями школ, врачами, в том числе ветеринарами, студентами. Эта группа де­мократической интеллигенции была недовольна своим положением и поддерживала революционно-демокра­тическое движение. Благодаря своим знаниям, полити­ческой грамотности интеллигенция представляла актив­ную политическую силу общества.

И Революция 1905-1307 гг. в России___________________

Все противоречия (политические, социальные, эко­номические), рожденные реформами 1860-х гг., к на­чалу XX в. достигли критической отметки. Множились признаки надвигающейся революции на широком фоне политизации российского общества.

Черты новой эпохи обозначились не сразу; собы­тия, которые свидетельствовали о ее приближении, еще не сложились в целостную картину. Нужен был очень острый ум, чтобы увидеть закономерную связь отдель­ных фактов, по неявным признакам уловить линию перелома и в экономическом, и в социально-полити­ческом развитии, в расстановке классов, в характере и в формах рабочего, демократического и национально-освободительного движений.

Политическое и социально-экономическое разви­тие России было скачкообразным. Переход к импери­ализму почти совпал по времени с окончательным ут­верждением капиталистического строя. Разразивший­ся в 1900 г. кризис с особой отчетливостью показал неразрывную связь экономики России с мировым ка­питалистическим хозяйством. Его развитие проявилось в полукапиталистической России раньше и резче, чем где бы то ни было. Главные отрасли индустрии испы­тали первые удары кризиса в 1900 г., кульминации же он достиг в 1902 — 1903 гг. Почти на треть сократилось производство рельсов, еще больше — выпуск вагонов и т. д. Кризис прервал на время приток в промышлен­ность России иностранных капиталов.

Крестьянство оставалось самым ущемленным в правах сословием, отданным всецело во власть земс­ких начальников из дворян и волостной администра­ции, которая состояла, как правило, из деревенских богачей. Вопреки логике экономического развития царизм пытался сохранить общину.

Пережитки крепостничества были коренным ис­точником общей отсталости страны, главным тормозом развития производительных сил не только в сельском хозяйстве, но и в промышленности. Узость внутреннего рынка, несмотря на его рост, ощущалась в начале XX в. еще острее, чем в первые пореформенные десятиле­тия. Именно в этом, а не в уменьшении казенных за­казов (как утверждало большинство буружазных эко­номистов) состояла наиболее глубокая причина ката­строфических последствий кризиса 1900— 1903 гг. Но те же пережитки крепостничества составляли основу прибылей крупного капитала в России, источник со­хранения самых грубых форм и приемов эксплуата­ции пролетариата.

В этой связи отметим политическую и государ­ственную значимость для самодержавной России вы­дающегося политика и премьера российского прави­тельства — СЮ. Витте. Он являлся убежденным сто­ронником частной крестьянской собственности на землю, инициатором перехода правительства к бур­жуазной аграрной политике. Позиция Витте по кре­стьянскому вопросу не встретила поддержки у боль­шинства дворян. В 1903 г. Витте провел ряд важных экономических мероприятий, содействовавших капи­талистической индустриализации страны.

Решающим фактором приближающейся револю­ции стал рабочий класс. Почти трехмиллионная армия рабочих, занятых на фабриках и заводах, рудниках и копях, железных дорогах, представляла собой наибо­лее сплоченную общественную силу. Этому способ­ствовала растущая концентрация пролетариата. Если на фабрично-заводских предприятиях с числом рабо­чих от 100 до 500 общее количество рабочих выросло в 1894— 1902 гг. на 52,8%, то на предприятиях с числом рабочих от 500 до 1000 это увеличение составило уже 72%. На крупнейших же предприятиях с числом рабо­чих более 1000 этот рост 141%, а в горнозаводской промышленности (за 1890— 1900 гг.) — почти 160%.

Несколько десятилетий стачечной борьбы закали­ли и просветили рабочих, выработали у них боевые качества. В революционную борьбу втягивались все новые слои пролетариата. Если раньше главной силой рабочего движения были текстильщики, то теперь тон стали задавать металлисты. Появились новые центры рабочего движения — Сормово, Саратов, Луганск, Златоуст, Ростов-на-Дону. Выдвинулись в первые ряды борцов рабочие Закавказья (Баку, Тифлис), Прибалти­ки (Рига).

Выступление пролетариата ускорило политическое размежевание и самоопределение других классов. Происходила идейная консолидация мелкой буржуа­зии. В начале 1902 г. осколки народнических групп образовали первую партию социалистов-революционе­ров (эсэры). Эсэры были группой интеллигентов, пред­ставляющей левое крыло буржуазной демократии.

Произошли изменения и в позиции либеральной буржуазии, котороая несколько «полевела» под влия­нием рабочего движения. Оппозиционное движение буржуазии развивалось очень медленно, с огладкой. Либералы придерживались умеренной и осторожной политики, признавали только законные формы проте­ста. Больше всего боясь революции, они стремились к власти путем соглашения с монархией.

В борьбе с надвигающейся революцией правитель­ство использовало самые крайние меры. Свирепство­вала военно-политическая диктатура, на трети террито­рии была введена усиленная охрана, многие рабочие центры находились под особым наблюдением полиции. Все чаще применялась военная сила. Только в 1902 — 1903 гг. в подавлении стачек и демонстраций, в усми­рении восстаний участвовало до 20 тыс. человек регу­лярных войск.

Русско-японская война

Тяжелое внутриполитическое положение в России усугублялось борьбой капиталистических держав за сферы влияния на Дальнем Востоке. Она привела к столкновению интересов России и Японии. Правящие круги считали, что война с Японией предотвратит в стране развитие революции. Так, министр внутренних дел В. Плеве, поддерживая акцию в войне с Японией заявил: «Чтобы удержать революцию, нам'нужна ма­ленькая победоносная война».

Войну развязала Япония. В ночь на 27 января (9 февраля по новому стилю) 1904 г. японский флот вне­запно напал на русскую эскадру в Порт-Артуре и по­вредил три корабля. В корейской гавани Чамульпо 14 военных японских судов окружили русский крейсер «Варяг» и канонерскую лодку «Кореец». Когда им не удалось прорваться, лодка была подорвана, а крейсер «Варяг» потоплен русскими моряками. В целом русская армия и флот уступали японским в техническом осна­щении, командный состав, за редким исключением, от­личался бездарностью, смысл и цели вообще не были понятными солдатам и офицерам. Поражения под Порт-Артуром, Мукденом, Цусимой усилили массовое недовольство. Россия позорно проиграла войну. В ав­густе 1905 г. в американском городе Портсмуте нача­лись переговоры. Российскую делегацию возглавлял СЮ. Витте. Японцы выдвинули тяжелые условия, вклю­чая выплату контрибуций, передачу Японии всего Са­халина, ограничения числа судов Тихоокеанского фло­та и т. п. Витте повел себя очень жестко, согласившись лишь на передачу южной части Сахалина. Неожидан­но для всех японцы приняли его план.

Война закончилась, но она стала катализатором оп­позиционных настроений, создала благоприятный фон для нарастания революционных событий.

Этапы революции

1905 г. стал переломным для страны, в этот год началась первая русская революция.

Ход революции условно можно разделить на три этапа. Характеристика каждого из них определяется, с одной стороны, условием вовлечения в процесс трудя­щихся слоев народа, с другой — поведением правитель­ственных сил, мерами по борьбе с революцией, попыт­ками ее блокировать.

События 9 января открыли первый этап револю­ционных событий. Утром этого дня 140 тыс. человек с окраин и пригородов столицы двинулись к Зимнему дворцу. Многие рабочие шли вместе с женами и деть­ми. Когда колонна достигла Дворцовой площади, вой­ска открыли огонь по манифестантам. В этот воскрес­ный день, вошедший в историю как «Кровавое врскре-сенье», пролилась первая кровь.

На следующий день забастовали рабочие Москвы. К ним вскоре примкнули Иваново-Вознесенск, города Урала, Поволжья, Сибири и других регионов страны. Хотя после январских событий волна забастовок не­сколько спала, но летом и к началу осени она стала расти вновь. Народный характер революции проявил­ся в массовых выступлениях крестьян. Только за пер­вые пять месяцев 1905 г. произошло свыше 670 выс­туплений крестьян. Новым явлением народного дви­жения стали выступления в армии и флоте. Самым значительным было восстание матросов на броненос­це «Князь Потемкин-Таврический».

Окружение царя пыталось лавировать. Фактом маневрирования стал царский Манифест от 6 авгу­ста 1905 г., в котором высказывались намерения монарха созвать Государственную думу. Она была названа «Булыгинской» (по имени автора закона о думе, министра внутренних дел А.Г. Булыгина). Дума предусматривалась лишь как совещательный орган при царе. Рабочие и другие трудовые сословия были лишены права избирать депутатов в эту Думу. По­этому обещания самодержавия не только не остано­вили движения, а подтолкнули революционный про­гресс к дальнейшему развитию. Создавшиеся проф­союзы рабочих принимали решения о переходе в сентябре к стачкам по профессиям: например, заба­стовки железнодорожников Москвы, металлистов Пе­тербурга, а также выступления рабочих отдельных индустриальных центров. Эти многочисленные выс­тупления подводили движение к всеобщей полити­ческой стачке.

Началом второго этапа российской революции стала октябрьская всероссийская политическая стач­ка. В ходе ее солидаризировались силы пролетариата как ведущей силы народной революции.

Только за октябрь число бастующих составило 2 млн. рабочих и служащих. Правящие круги склони­ли царя пойти на издание Манифеста от 17 октября 1905 г. Опубликование Манифеста 17 октября созда­ло условия легальности для оппозиционных сил и партий, функционирования возникших в стране Со­ветов рабочих депутатов, стачечных комитетов и дру­гих объединений. Было позволено издание печатных органов либеральных и демократических партий, од­нако волна протеста нарастала. Следовательно, Ма­нифест не приостановил движения. Предпринима­лись попытки вооруженной расправы, расстрелы де­монстраций, погромы черносотенцев. Силы «Черной сотни» расправились с некоторыми видными социал-демократами. Например, в 1905 г. от рук черносотен­цев погиб Н.Э. Бауман.

Силам реакции революционные массы противо­поставили свою силу, включая и вооруженное вос­стание. Знамя вооруженной борьбы первыми под­няли дружины Москвы. 9—11 декабря многие рай­оны Москвы покрылись баррикадами. Боевые позиции заняли более 6 тыс. дружинников. Центром восстания стала Пресня. С прибытием в Москву Се­меновского гвардейского полка и других верных царю войск начался штурм Пресни. Противостоя­ние в этих условиях становилось бессмысленным. Московский совет принял решение прекратить во­оруженную борьбу. По неполным данным, в ходе боев и последующей расправы над восставшими было убито 1059 человек, в том числе 137 женщин. Московское восстание стало сигналом к выступле­нию в других городах и регионах России. Прави­тельству понадобилось около двух месяцев, чтобы погасить все очаги восстания. Декабрьское воору­женное выступление явилось высшей точкой пер­вой русской революции. С подавлением восстания закончился ее второй этап.

Третий этап охватывал весь 1906 г. и первую по­ловину 1907 г. С весны 1906 г. вновь стал нарастать накал стачечной борьбы. С апреля по сентябрь басто­вало 775 тыс. рабочих. В 1906 и 1907 гг. политическая борьба активизировалась в связи с выборами в 1-ю и П-ю Государственные думы. В отличие от «Булыгинс-кой» думы эти представительные органы избирались при участии более широких слоев общества. Депута­ты наделялись правом внесения и обсуждения зако­нопроектов. I Дума функционировала с конца апреля до начала июля 1906 г. Проведя, по сути, одну сессию, она была распущена указом царя. Причиной роспус­ка Думы явилось то, что ее демократическое большин­ство обратилось к народу с воззванием добиваться принудительного отчуждения земель в пользу крес­тьян.

II государственная дума была созвана 20 декабря

1906 г. Она была более революционной по своему соста-
ву депутатов, что не устраивало царя и его правитель-
ство. К середине 1907 г. соотношение классовых и поли-
тических сил в стране изменилось в пользу контррево-
люции.

В этих условиях царское правительство искало пред­лог, чтобы разогнать II Думу и окончательно покончить с революцией. В Думу было внесено сфабрикованное ох­ранным отделением обвинение в адрес социал-демокра­тической фракции, якобы готовившей выступления в войсках с целью государственного переворота. На этом основании царь (без согласования с Думой) заменил из­бирательный закон от 11 декабря 1905 г. законом от 3 июня

1907 г. и распустил Н-ю Думу. Новый избирательный за-
кон явился грубым нарушением Манифеста от 17 октяб-
ря 1905 г. и основных законов империи. Роспуск 2-й Го-
сударственной думы и изменения избирательного зако-
на вошли в историю под названием «третьеиюньского
переворота». Этот день считается окончанием первой
революции в России.

Классы и партии в революции 1905—1907 гг.

Первая российская революция была величайшим катализатором образования новых политических партий. Каждый класс должен был определить свое место в революции, отношение к существующему строю, перспективам развития государства, отноше­ние к другим классам. Такими политическими орга­низациями, выражающими и защищающими интере­сы классов и социальных групп, и являлись партии. Среди трех политических лагерей в начале XX в. дей­ствовали пять типов политических партий: черносо­тенцы, октябристы, кадеты, трудовики, социал-демо­краты. Исходной датой возникновения легальных партий явился Манифест 17 октября 1905 г., а уже в 1906 г. в Российской империи насчитывалось до 50 политических партий. Рассмотрим политические ла­геря, их классы и партии.

Правительственный лагерь стремился любой це­ной сохранить самодержавие в России. Основными классами составляющими этот лагерь, были дворяне и крупная буржуазия. Их интересы представляли партии «Союз русского народа», «Совет объединен­ного дворянства», «Торговая промышленная партия» и др. Самой влиятельной партией была партия «Союз русского народа» (СРН). СРН воспринял программ­ные традиции черносотенцев. Возникший в период подъема революции, он сразу же выступил как орга­низация монархическая. Только за один месяц «сво­бодной жизни», дарованной 17 октября 1905 г., от рук черносотенцев пало более 4 тыс. человек, до 10 тыс. было покалечено. Совершалось это при полной поддер­жке властей, вплоть до самых высших. Черносотенцы выступали не только против революционных масс. Они умудрились приговорить к расстрелу главу правитель­ства СЮ. Витте, за то, что он стал автором Манифеста от 17 октября, который обещал создать законодатель­ную Думу. Они не могли смириться с деятельностью Конституционной демократической партии.

Идеология черносотенцев базировалась на трех главных положениях: православие признавалось ос­новой всей русской жизни и господствовавшей в стра­не верой; самодержавие рассматривалось незыбле­мым и после 17 октября признавалось державной на­родностью. Ратуя за сохранение абсолютной монар­хии, идеологи дворянства пеклись о сохранении, единстве и неделимости России. Ни о какой автоно­мии нерусских народов не могло быть и речи. Ни одна другая партия не проповедовала такой открытый ан­тисемитизм, как СРН.

Чтобы заручиться поддержкой народных масс, черносотенцы ввели в программу аграрный вопрос. В то же время как правительство требовало земли, СРН хотел сохранить помещичье землевладение. Крестьянам же предлагалось право на выход из об­щины и закрепление за ними земельных владений в личное пользование. Здесь же шла речь о продаже крестьянам казенных земель, а также о помощи пе­реселенцам. Программа СРН по рабочему вопросу предлагала упорядочить рабочий день и улучшить условия труда, ввести государственное страхование и др. При этом — никаких политических прав и свобод.

Устав СРН устанавливал, что его членами могут быть только русские люди всех сословий и достоя­ний. Каков же был социальный состав СРН? Цент­ральный орган — Главный совет — возглавляли по­мещики, представители реакционной интеллигенции и монархическая буржуазия. Во главе местных от­делов в губерниях и уездах были дворяне, чиновни­ки, духовенство, купцы, мелкая буржуазия. Состав же рядовых членов был очень пестрым. Рабочие со­ставляли в союзе от 0,5 до 2% общего числа членов. В 1907 г. СРН насчитывал 3 500 местных отделов и ответвлений с общим количеством членов от 600 тыс. до 3 млн. человек.

Либерально-буржуазный лагерь. В его состав входи­ли в основном представители буржуазии, помещиков и интеллигенции, проповедующие идеи либерализации. Политические интересы этого лагеря представляли партии: «Союз 17 октября», Конституционно-демократи­ческая партия (кадеты) и др.

Классовую основу «Союза 17 октября» составляли крупные помещики, крупная торгово-промышленная буржуазия. «Типичный октябрист, — писал В.И. Ле­нин, — не буржуазный интеллигент, а крупный бур­жуа... Это буржуа-делец». Лидером партии в 1905 г. стал крупный землевладелец Д.Н. Шипов, а с октября 1906 г. — А.И. Гучков.

Главная цель октябристов — оказывать содей­ствие правительству, идущему по пути спасительных реформ, полное и всестороннее обновление государ­ственного и общественного строя России. Они высту­пали за конституционную монархию, за Думу как за­конодательный орган, за свободу промышленности, торговли и т. д. В их программе акцент был сделан на ликвидацию общин и насаждение кулачества. Рабо­чим они готовы были предоставить право создания профессиональных союзов, проведения стачек, но не во всех отраслях хозяйства. Но о сокращении рабоче­го дня речи не шло. Могла ли такая программа стать программой массовой партии? Конечно же нет. В го­ды революции в ней числилось 25 — 30 тыс. человек. К «Союзу 17 октября» как главной партии консерва­тивной буржуазии в годы революции примыкали 18 различных партийных организаций.

Среди многих буржуазных партий самую важ­ную роль в истории страны сыграла Конституцион­но-демократическая партия. Образовавшаяся в ок­тябре 1905 г. партия кадетов на своем первом съезде приняла программу, избрала ЦК. Первым председа­телем ЦК партии кадетов был крупный землевладе­лец князь П.Д. Долгоруков. С 1907 г. председателем партии стал П.Н. Милюков.

В годы первой российской революции влияние партии кадетов среди определенных слоев населения России по сравнению с другими непролетарскими партиями было значительно. Членами партии были высокооплачиваемые категории служащих, представи­тели городской мелкой буржуазии, кустари, ремеслен­ники. Основу партии составляла либеральная интел­лигенция — профессора и приват-доценты, адвокаты, врачи, ветеринарные врачи, преподаватели гимназий, редактора газет и журналов, видные литераторы, ин­женеры и т. д.

Программа кадетской партии состояла из восьми разделов. Уже в первом разделе излагались требова­ния свободы слова, совести, печати, собраний и союзов, неприкосновенности личности и жилища, свободы передвижения и отмены паспортной системы и др. По аграрному вопросу программа кадетов предусматри­вала продажу крестьянам земель, но удельных, каби­нетных. Помещичье землевладение они хотели в основ­ном сохранить. На выкуп могли пойти только зажиточ­ные крестьяне, бедные не могли. Поэтому кадетская программа для большинства крестьян была неприем­лема. В программе кадеты не обошли вниманием и рабочий вопрос. Ему был специально посвящен целый раздел, в котором предусматривалась свобода рабочих союзов, собраний, стачек, государственное страхова­ние, введение восьмичасового рабочего дня. Однако в годы первой революции рабочих в партии совсем не было. Крестьян также было мало. В различные годы численность партии составляла 50 — 70 тыс. человек. Всего же в либерально-буржуазный лагерь входило 15 либеральных партий. Наиболее значительные из них: Партия демократических реформ, Демократический союз конституционалов, Партия мирного обновления и др. Все они находились в оппозиции царскому пра­вительству.

Революционно-демократический лагерь. Его соци­альную основу составляли пролетариат и крестьянство, а также мелкобуржуазные слои городского населения, мелкие служащие, демократическая часть интеллиген­ции. В этом лагере отчетливо выделялись два направ­ления: а) социал-демократическое, возглавляемое РСДРП; б) неонароднические, народно-социалистичес­кие, трудовые партии и группы. Среди организаций второго направления по степени политической актив­ности и массовости лидировала Партия социалистов-революционистов (эсэров), которая сформировалась в партию 1902 г. На I съезде была принята программа, составленная лидером эсэров В.И. Черновым. Видны­ми деятелями партии в 1905— 1097 гг. были Н.Д. Авк­сентьев, Е.К. Брешко-Брешковская, Б.В. Савинков и др. Центральным пунктом эсэровской программы было требование «социализации земли», т. е. экспроприа­ции крупного землевладения и передачи земли без вы­купа в общенародное достояние. Использование ее че­рез крестьянскую общину в единоличном владении или в товариществе. Эсэры считали, что необходим изна­чальный способ вручения земли народу на принципах уравнительного землепользования, с учетом потреби­тельской или трудовой нормы.

Эта программа, как и другие демократические тре­бования эсэров, обеспечила им поддержку среди крес­тьянства. Следует заметить, что эсэры категорически отвергали руководство рабочего класса и диктатуру про­летариата. Признавая революцию как насильственное действие, партия эсэров в качестве эффективного сред­ства борьбы с царизмом признавала индивидуальный террор. В этих целях эсэры создали законспирированную Боевую организацию. Во главе ее в годы революции стоял Е.Ф. Азеф, а после разоблачения его связи с царской охраной в 1908 г. «Боевую организацию» возглавил Б.В. Савинков. С 1907— 1911 гг. она провела более 200 террористических актов. Тактика террора, факты прово-каторства в руководстве оказались последней каплей идейно-политической и организационной неустойчивос­ти партии эсэров. В 1906 г. от партии откололось правое крыло, из которого сформировалась Трудовая народно-социалистическая партия (энэсы) и левое крыло, из ко­торого сформировался союз эсэров-максималистов. Тру­довая народно-социалистическая партия выражала ин­тересы за-житочных крестьян и ограничивалась требованием установления конституционной монархии и отчуждения помещичьих земель за «умеренное вознаг­раждение». Эсэры-максималисты, игнорируя буржуаз­но-демократический этап революции, настаивали на не­медленном осуществлении эсэровской программы-мак-симум: проведении одновременно социализации земли, фабрик, заводов. Решающую роль в социалистическом перевороте они отводили заговорщической организации, главными методами борьбы признавали индивидуальный террор и экспроприацию.

Таким образом, народнические партии, представ­ляя интересы значительной части населения России, сыграли большую роль в общем революционном на­тиске на самодержавие. В начале XX в. свою партию удалось создать и социал-демократам. Важную роль в этом сыграла нелегальная газета «Искра». Первый номер газеты вышел в декабре 1900 г. в Лейпциге (по­зднее — Мюнхен, Женева, Лондон). В состав редакции «Искры» от социал-демократической организации в России вошли В.И. Ульянов, Ю.О. Мартов, П.Б. Аксель-род, В.И. Засулич. Деятельность газеты создала идей­ные и организационные предпосылки для созыва II съезда и создания РСДРП. По мысли ее основателя В.И. Ульянова (Ленина), газета— «не только коллек­тивный пропагандист и коллективный агитатор, но и коллективный организатор». Большую роль в создании партии сыграли работы В.И. Ленина «Что такое друзья народа и как они воюют против социал-демократов», «Развитие капитализма а России», «Что делать?», «Шаг вперед, два шага назад» и др. Там были разработаны политические, идейные и организационные основы партии. II съезд РСДРП проходил в июле — августе 1903 г. сначала в Брюсселе, а затем в Лондоне. Съезд утвердил подготовленную «Искрой» программу и ус­тав партии. На съезде был избран Центральный орган (ЦО) — «Искра» (Г.В. Плеханов, Ю.О. Мартов, В.И. Ле­нин) и Центральный Комитет (ЦК) — Г.М. Кржижанов­ский, В.Ф. Ленгник, В.А. Носков. Председателем Сове­та партии (орган, координирующий деятельность ЦК и ЦО) являлся Г.В. Плеханов.

Сторонники решений съезда, получившие большин­ство при.выборе руководящих органов партии, стали на­зываться большевиками (лидеры В. Ленин, А. Богданов, П. Красин, А. Луначарский и др.), а их оппоненты — меньшевиками (лидеры Г. Плеханов, П. Аксельрод, Ю. Мартов, Л. Троцкий и др.). Программа РСДРП, приня­тая на съезде, состояла из двух частей. Программа-минимум определяла задачи партии на этапе буржуаз­но-демократической революции. Она предусматривала: в сфере политических преобразований — свержение са­модержавия и установление демократической респуб-


лики; в рабочем вопросе — 8-часовой рабочий день; в крестьянском — возвращение крестьянам «отрезков» и отмену выкупных платежей. Программа-максимум оп­ределяла установление диктатуры пролетариата как главную, конечную цель партии. То, что программа-мак­симум была принята съездом, знаменовало серьезную победу Ленина и его сторонников. Разногласия меньше­виков и большевиков, как показали годы революции, принимали все более глубокий характер.

В апреле 1905 г. в Лондоне состоялся III съезд РСДРП, который определил стратегию и тактику боль­шевиков. В это же время в Женеве прошла конферен­ция меньшевиков, где обсуждались те же вопросы, что и на III съезде. Они высказывали противоположные большевикам взгляды. Глубоко проанализировав рабо­ту съезда и конференции, В.И. Ленин летом 1905 г. на­писал книгу «Две тактики социал-демократии в демо­кратической революции». В ней он обосновал страте­гию и тактику большевиков в революции. Стратегию большевиков составляли следующие положения: глав­ной целью пролетариата в данной революции являет­ся свержение самодержавия, установление демокра­тической республики, осуществление всех требований партийной программы-минимум; гегемоном револю­ции выступает пролетариат в союзе с крестьянством и различными демократическими силами; пролетариат добивается политической изоляции либеральной бур­жуазии, отстраняя ее от руководства революцией; ре­волюционно-демократическую диктатуру победивших в революции классов — пролетариата и крестьян­ства — должно осуществлять временное революцион­ное правительство при активном участии в нем пред­ставителей РСДРП; в условиях победы демократичес­кой революции пролетариат должен развернуть борьбу за перерастание ее в социалистическую революцию.

Тактика большевиков заключалась в признании важнейшими средствами борьбы за завоевание демо­кратической республики всеобщей политической стач­ки и вооруженного восстания. Подготовка его называ­лась главной задачей партии. Меньшевики считали, что гегемоном революции должна быть буржуазия. Крес­тьянство рассматривалось ими как контрреволюцион­ная сила.

Причины поражения и уроки революции 1915-1817 гг. в России

■ отсутствовало единство в рядах РСДРП;

■ рабочему классу не удалось создать прочного союза с крестьянством в борьбе против ца­ризма;

■ крестьянское движение носило стихийный и неорганизованный характер;

■ русская либеральная буржуазия играла в собы­тиях 1905— 1907 гг. контрреволюционную роль;

■ выступления различных отрядов пролетариата были разрозненны, не удавалось достигнуть единства в выступлениях трудящихся нацио­нальных окраин;

и царизм получал активную поддержку со сторо­ны империалистических государств;

■ армия в основном оставалась верной царю. Таким образом, 1905—1907 гг. по насыщенности

событиями не имели аналога в предшествовавшей ис­тории России. Мощь правительственного лагеря во гла­ве с самодержавием, незаинтересованность российской буржуазии в решительной победе революции, соци­альная и национальная неоднородность революционно-демократического лагеря, острое соперничество между политическими партиями и организациями, политичес­кая неопытность народа, сила «инерции покоя» накоп­ленной почти за три столетия крепостного права, сло­жившаяся международная ситуация — все это привело к тому, что результатом первой российской революции 1905 — 1907 гг. явилась частичная модернизация государ­ственного строя и его дальнейшая эволюция по пути превращения в буржуазную монархию.

Два других возможных варианта — народная де­мократическая республика или буржуазное правовое государство — не состоялись. В сложившихся услови­ях меньше всего шансов на успех имела идея правово-


го государства, т. к. российская буржуазия в ходе ре­волюции обнаружила свою политическую слабость. Ре­волюция 1905— 1907 гг. ускорила развитие событий в России. После этого потрясения самодержавие, каза­лось законсервированное на века, уже не смогло вы­держать последующих ударов. Не случайно, тяжелые испытания для царизма и всего российского общества, вызванные Первой мировой войной, вылились в могу­чую народную Февральскую революцию 1917 г., кото­рая буквально в несколько дней покончила с самодер­жавием и вышла на свой демократический этап.

1 Становление российского парламентаризма

На фоне изменений в мире к началу XX в. россий­ская монархия выглядела политическим анахронизмом. Система органов государственной власти и управле­ния России, сложившаяся еще в царствование Алек­сандра I, оставалась в неизменном виде. Вся полнота власти в государстве принадлежала императору. При царе существовал в качестве совещательного органа им же назначаемый Государственный совет. В стране не было ни парламента, ни легальных партий, ни эле­ментарных политических свобод. «Силовые» министры (военный, морской, иностранных дел) подчинялись не­посредственно императору. Сам царь был убежден, что самодержавие является единственно приемлемой для России формой правления, и все предложения о вве­дении хоть какого-то представительного учреждения называл «бессмысленными метаниями».

В конце 1904 г. Николай II в очередной раз не при­нял предложение либеральной оппозиции, поддержан­ное министром внутренних дел князем П.Д. Святополк-Мирским, о введении в стране представительного орга­на власти. И менее через месяц в России началась революция. Она заставила российского самодержца вернуться к вопросам назревавших социально-полити­ческих преобразований.

В июле 1905 г. на совещании в Царском Селе пять дней обсуждался вопрос о том, как с минимальными потерями выйти из сложного положения. Император поручил министру внутренних дел А.Г. Булыгину разра­ботать проект об учреждении Думы — законосовеща­тельного представительного органа и Положение о вы­борах. Характерно, что на этом совещании Николай II предлагал назвать Думу не «Государственной», а «Госу­даревой». Однако провести выборы не удалось. В обстановке нарастания революционных выступлений и бойкота «Булыгинской» думы Николай II подписал 17 октября 1905 г. подготовленный СЮ. Витте Манифест, в котором провозглашались политические свободы, царь обещал править в согласии с Государственной думой. Дума наделялась законодательными правами, к выбо­рам допускался более широкий слой подданных. 19 октября председателем объединенного Совета мини­стров России был назначен СЮ. Витте.

Предложенный в Манифесте режим правления один из российских журналов назвал «конституцион­ной империей при самодержавном царе». Вместе с тем Манифест 17 октября стал основой временного комп­ромисса правительства и либерального движения и обеспечил выживание самодержавия в условиях рево­люции. Возникшие на основе либерального движения партии октябристов и кадетов составили своего рода «центр» оппозиционного движения в стране, который в значительной степени уравновешивал два лагеря — правых и левых.

Избирательный закон был опубликован 11 декабря 1905 г., в разгар вооруженного восстания в Москве. Закон предоставлял значительные преимущества кре­стьянам, и от их выбора зависело распределение по­чти половины депутатских мандатов.

Выборы в I Государственную думу проходили в марте—апреле 1906 г. Одновременно правительство стремилось создать противовес Думе в верхнем эше­лоне власти. С этой целью Госсовет из совещательного органа при царе в феврале 1906 г. был преобразован в верхнюю палату будущего российского парламента.

Половина членов Госсовета, а также председатель и вице-председатель назначались царем, другая поло­вина избиралась, причем дворяне избирали 74 из 98


Троица. Андрей Рублев. 1410-1420-е годы


Победа \ на Куликовом поле (1380 г.). Миниатюра конца XVI в.

Строительство

белокаменного

Кремля

в Москве.

Миниатюра

из Лицевого

летописного

свода.

Конец XVI в.


«Апостол» — первая русская датированная книга, напечатанная Иваном Федоровым в Москве. 1654 г.

Осада Смоленской крепости войсками Сигизмунда III в 1609—1611 гг. Гравюра. Начало XVII в.


Гангутское сражение, 1714 г. Гравюра. XVIII в.

Академия наук в Петербурге. Гравюра. Конец XVIII в.


Портрет Е.И. Пугачева, написанный поверх портрета Екатерины II. Неизв. художник. Конец XVIII в.


Бой в Чесменской бухте, 1770 г. Гравюра. XVIII в.

Общий вид Петровского завода. В центре — острог, где были заключены декабристы. Акварель Н. Бестужева (справа Бестужев изобра­зил самого себя; за его спиной стоит часовой)


ИЛ. Крылов, АС. Пушкин, ВЛ. Жуковский, Н.И. Гнедич. Художник Г. Чернецов. 1832 г.

Альманах «Северные цветы». Обложка. Пушкинский «Современник». Обложка


Чтение манифеста 19 февраля 1861 г. Художник Г. Мясоедов. 1873 г.

Руководители «Союза борьбы за освобождение ра­бочего класса»: В.В. Старков, Г.М. Кржижановский, АЛ. Малченко, В.И. Ленин, П.К. Запорожец, Ю.О. Мартов, А.А. Ванеев


Броненосец «Потемкин» в Одесском порту. 1905 г.

Войска у Зимнего дворца в день открытия Государственной думы


Прибытие 1-й русской пехотной бригады во Францию. Марсель. 1916 г.

Действия артиллерийской батареи

Эшелоны с ранеными. 1915 г.





Дата публикования: 2014-11-02; Прочитано: 963 | Нарушение авторского права страницы



studopedia.org - Студопедия.Орг - 2014-2020 год. Студопедия не является автором материалов, которые размещены. Но предоставляет возможность бесплатного использования (0.042 с)...