Студопедия.Орг Главная | Случайная страница | Контакты  
 

Мезолит



С окончанием ледникового периода климат посте­пенно приближается к современному. Растительный и животный мир тоже постепенно принимает современ­ный облик. Покрываются лесами области, имевшие ранее тундровый характер. Складывается близкое к те­перешнему зональное распределение растительности. Уже в течение последнего валдайского оледенения вы­мирают или истребляются такие характерные для верх­непалеолитического фаунистического комплекса жи­вотные, как мамонт, шерстистый носорог, пещерный лев, гигантский олень и др. Холодолюбивые животные отступают к северу вслед за ледником. В лесах появля­ются новые виды животных: благородный олень, лось, зубр, бурый медведь, кабан, бобр.

Новые условия, в которых оказался человек, прину-


дили его изменить свой быт. Исчезновение крупных животных, бывших основным объектом охоты и глав­ным источником пополнения мясных запасов, потребо­вало выработки новых приемов охоты и поисков нового оружия, которое было бы достаточно эффективным при охоте на любого зверя, особенно мелкого. Был изобре­тен лук. Значение его трудно переоценить. «Лук, те­тива и стрела,— писал Ф. Энгельс,— составляют уже очень сложное оружие, изобретение которого предпо­лагает долго накапливаемый опыт и изощренные умст­венные силы, следовательно, и одновременное знаком­ство со множеством других изобретений». (Ф. Энгельс. Происхождение семьи, частной собственности и госу­дарства. М., 1953, стр. 21—22.)

Изобретение лука и стрелы почти повсюду знаме­нует собой наступление мезолитической эпохи, охва­тывающей время от 10 до 5 тысяч лет до н. э.

Лук и стрела создали новые возможности сущест­вования и повлекли за собой важные хозяйственные перемены. От загонной охоты на крупных зверей, тре­бовавшей большого коллектива людей, человек перешел к охоте на более мелких нестадных животных неболь­шими группами и в одиночку. Отпала, следовательно, экономическая необходимость в большом человеческом коллективе, столь характерном для верхнепалеолити­ческого быта. В мезолите происходит процесс раздроб­ления многолюдных общин.

Исчезновение ледника привело к появлению новых обширных незаселенных пространств. Характерной чертой нового периода стало интенсивное освоение че­ловеком этих освободившихся территорий. Двигаясь небольшими группами, люди достигли берегов Балтики и Ледовитого океана. Именно в мезолите была заселе­на основная территория Белоруссии.

Подвижный образ жизни отразился на характере мезолитических стоянок. Они невелики и, как правило, имеют незначительный культурный слой, слабо насы­щенный находками. Бродячему образу жизни соответ­ствовали и мезолитические жилища, представлявшие собой легкие постройки типа шалашей с открытыми очагами внутри.

Несравненно более разнообразный растительный и животный мир, окружавший человека мезолитическо-

2* 19


го времени, способствовал значительному возрастанию роли собирательства.

Кремневые орудия мезолита отличаются своим мик-ролитоидным обликом, т. е. малыми размерами. Зна­чительная часть их изготовлена из тонких, узких пла­стинок. Многие микролиты связаны с оснащением метательного вооружения, т. е. использовались в каче­стве наконечников стрел. На протяжении всей мезоли­тической эпохи шли усиленные поиски новых, более совершенных форм их. Помимо этого, микролиты слу­жили вкладышами составных орудий.

Мезолит Белоруссии изучен слабо, хотя памятников известно достаточно много. По наблюдению Поликар­повича, мезолитические местонахождения в отдельных районах обнаруживаются через каждые 12—13 км. Стоянки размещались обычно на вторых надпойменных террасах и отдельных песчаных возвышениях.

Ранние мезолитические памятники Белоруссии имеют много общих черт с памятниками свидерской мезолитической культуры- Польши, представленной коллекцией мелких кремневых орудий. Очень харак-герными для этой культуры орудиями являются не­большие наконечники с асимметричным черенком. Ви­димо, они применялись в качестве наконечников стрел, но морфологически, по-видимому, ведут свое происхож­дение от верхнепалеолитических дротиков, которыми пользовались охотники Русской равнины. Для ранней поры свидерской культуры типичны наконечники из широких пластин. Черешок у них обрабатывался корот­кой притупленной ретушью. Для более позднего вре­мени характерны как черешковые, так и иволистные наконечники. Они имеют более вытянутые пропорции и обработаны ретушью на конце пера и на черешке [8].

Основным видом заготовок для орудий свидерской культуры были ножевидные пластинки, сколотые с пра­вильных конических нуклеусов. Отработанные свидер-ские нуклеусы имеют форму тонких вытянутых кону­сов. Нуклеусы средней и поздней поры отличаются от ранних меньшими размерами и более узкими негати­вами от сколотых пластинок.

Ранние свидерские памятники сохраняют в инвен­таре еще много позднепалеолитических черт. Мадлен-ский облик, например, имеют скребки и резцы. Резцы


в основном представлены двумя типами — боковыми и на углу сломанной пластины. Орудий геометрических очертаний (трапеций, треугольников) в свидерских па­мятниках обычно нет.

Стоянки поздней свидерской поры отличаются все большим уменьшением размеров кремневых орудий. Постепенно исчезают наконечники на пластинах. Рас­пространяются стоянки с инвентарем тарденуазского типа, для которого характерны геометрические формы орудий — высокие треугольники и трапеции. Отделка орудий становится значительно совершенней. Края об­рабатываются крутой более тонкой ретушью, начинает применяться плоская ретушь, появляются небольшие рубящие кремневые орудия. Такие стоянки называют свидеро^тарденуазскими. По наблюдению К. М. Поли­карповича, стоянки свидеро-тарденуазского облика ограничивались на востоке линией Чериков на Соже — •Новый Быхов на Днепре — река Друть.

Как показали стратиграфические исследования ме­золитических стоянок Литвы, аналогичных белорус­ским, свидерские памятники относятся к субарктиче­скому климатическому периоду (12—8,5 тысяч лет до н. э.), свидеро-тарденуазские — к бореальному 8,5— 5 тысяч лет до н. э.) и началу атлантического [27]. По-видимому, в такой же хронологической последователь­ности развивалась мезолитическая культура и на тер­ритории Белоруссии.

К группе ранних' свидерских памятников Белорус­сии относятся стоянки Гренок, Подлужье III, Коромка, Латки, Печенеж, Крыжи и некоторые другие. Наиболь­шей известностью пользуется Гренская стоянка в Го­мельской области, открытая К. М. Поликарповичем в 1927 г. Стоянка размещается на останце первой над­пойменной террасы правого берега Сожа под толщей дюнных песков. Раскопками В. Д. Будько в 1959— 1960 гг. [6, 7] обнаружены остатки очагов, вокруг ко­торых группировались расщепленные рукой человека кремни. Имеются черешковые наконечники с боковой выемкой и притупленным ретушью краем, противопо­ложным выемке. На некоторых экземплярах наблю­дается подтеска с брюшка. Найдены также листовид­ные наконечники, подтесанные с брюшка преимущест­венно в нижней части и обработанные ретушью в осно-


вании возле обоих краев. Подобные наконечники встре­чаются и в раннесвидерских памятниках Центральной Европы и на мадленских стоянках. Очень разнообразны скребла, сделанные как на отщепах, так и на пласти­нах. Имеются двойные скребла мадленского облика. Резцы представлены в основном боковыми формами. Найдены острия со скошенным краем, орудия с выем­ками, большое число пластинок с ретушью, отбойники. Интересную группу составляют тесловидные орудия из ядрищ, напоминающие аналогичные предметы из раскопок Елисеевичской верхнепалеолитической стоян­ки. По геологическим условиям залегания культурных остатков Л. Н. Вознячук относит гренскую стоянку к поморской стадии поздневалдайского ледника, что син­хронизирует ее с мадленскими стоянками Франции [5].

Три мезолитические стоянки были выявлены в 1957 г. Н. Н. Гуриной [11] на севере Белоруссии.

Следы одной обнаружены на песчаном берегу оз. Свитязь в Гродненской области. В трех местах замет­но было скопление кремневых орудий, вымываемых из культурного слоя весенними водами озера. Среди на­ходок больше всего скребков, изготовленных пластин с ретушью на конце. Важной датирующей находкой являются кремневые наконечники стрел, сделанные из пластин, подретушированных на конце и в тыльной части. Характерны для мезолита с притупленным и срезанным краем отщепы, трапеция. Найдены также резцы и призматические нуклеусы. Все орудия изго­товлены очень тщательно из высококачественного ме­лового кремня почти черного цвета. Найденные изде­лия имеют точные аналогии в материалах свидерских стоянок Польши.

Две мезолитические стоянки, близко расположен­ные друг от друга, обнаружены недалеко от Полоцка на Западной Двине. По стратиграфическим условиям залегания и по сходству кремневого инвентаря они могут быть отнесены к одному времени. Возникли они, очевидно, вскоре после освобождения этого района от воды. Стоянки были недолговременными и незначи­тельными по площади.

Одна стоянка расположена на высоком песчаном правом берегу Западной Двины у д. Крумплево, в 30 км ниже Полоцка. Культурный слой, содержавший наход-


Кремневый инвентарь стоянки у д. Крумплево.


ки мезолитического времени, имел мощность до 50— 55 см, но насыщенность его культурными остатками слабая. Среди найденных вещей наибольшую по чис­ленности группу составили скребки, относящиеся к трем типам: концевым, изготовленным из очень пра­вильных ножевидных пластинок; округлым, сделан­ным на пластинчатых отщепах, и круглым микроли-тоидным скребочком. Наконечники стрел изготовлены на ножевидных пластинах с плоской ретушью на кон­це и в тыльной части. Найдены также кремневые про­колки, пластинки с притупленной спинкой, пластинки со скошенным краем, правильные ножевидные пласти­ны с очень тщательной ретушью по одному или двум краям. Представляют интерес орудия с резцовыми ско­лами и орудия типа р1есе ёсаШёе. Как и на стоянке у оз. Свитязь, найденные здесь изделия изготовлены из высококачественного темного мелового кремния и от­личаются тщательностью отделки.

Вторая еще более интересная стоянка эпохи мезоли­та обнаружена в 2—3 км от описанной на первой над­пойменной террасе левого берега Западной Двины у д. Петровщина. Стоянка шла узкой полосой вдоль берега реки. В отличие от всех известных мезолитиче­ских стоянок лесной полосы, носящих дюнный харак­тер, культурные остатки здесь находились в слое суг­линка. Отчетливо выделяются два разновременных го­ризонта. Верхний представлен слоем (20—25 см) более светлого суглинка, нижний (40 см) — более темным. В период отложения нижнего мезолитического слоя климат, как показал анализ пыльцы, был холодным. Совсем не обнаружено теплолюбивых широколиствен­ных пород деревьев. Большая часть кремневых изделий найдена в нижнем культурном горизонте ближе к бере­гу. Наиболее характерной чертой орудий является их микролитичный облик и исключительно совершенная техника обработки тончайшей отжимной ретушью. Ма­териалом был тот же превосходный меловой кремень очень темного цвета. Больше всего найдено мельчай­ших чешуек кремня и некрупных отщепов. Готовые орудия представлены концевыми скребками на тонких небольших ножевидных пластинах, маленькими (не бо­лее 1 см) округлыми скребками, очень тщательно обра­ботанными наконечниками стрел на тонких ножевид-


ных пластинах. Очень много ножевидных пластин с притупленной спинкой или скошенным краем. Сле­дует особо отметить находки микролита в форме тра­пеции и маленьких кремневых пластиночек с тончай­шей пильчатой ретушью с одной стороны. По составу находок обе стоянки могут быть сопоставлены с па­мятниками свидерского типа.

Отмечая несомненную близость мезолитических па­мятников Белоруссии к свидерским памятникам Поль­ши, нельзя не обратить внимания на сходство в форме и технике изготовления ряда орудий белорусского ме­золита с верхнепалеолитическими орудиями юго-во­сточной Белоруссии и Русской равнины. По-видимому, это свидетельствует о значительной роли местных тра­диций в формировании здесь мезолитической культу­ры. Можно предполагать, что заселение территории Белоруссии в эпоху мезолита шло как с запада, так и с юго-востока.

Распространение на территории Белоруссии и Лит­вы свидеро-тарденуазской культуры связывается неко­торыми учеными с миграцией населения из Централь­ной Европы. Это доказывается тем, что смена свидер-ских памятников свидеро-тарденуазскими произошла здесь значительно позже, чем на территории Польши. В пользу этой точки зрения свидетельствует антрополо­гический материал. Так, исследования двух мезолити­ческих черепов из Литвы показали близость их к мезо­литическим черепам, найденным в Германии.

Мезолитические культуры Белоруссии, как и в дру­гих областях, отличаются большой устойчивостью своих признаков во времени. Это обстоятельство, оче­видно, следует объяснять важными переменами в эт­нической истории человечества, происшедшими на гра­ни палеолита и мезолита. На смену разобщенным и сильно отличающимся друг от друга по характеру ма­териальной культуры крупным палеолитическим об­щинам пришли объединения более мелких общин, свя­занных между собой общностью происхождения.

Неолит

В V тысячелетии до н. э. племена, населявшие тер­риторию Белоруссии, вступили в последний период ка-


менного века — неолит, продолжавшийся до III —на­чала II тысячелетия до н. э.

В истории человечества эпоха неолита занимает очень видное место, с ней связано появление новых форм хозяйства — скотоводства и первобытного земле-

Кремневые орудия из неолитической стоянки ВерхнегоПо-днепровья. (Раскопки И. И. Артеменко.)

делия. На смену присвоению готовых продуктов при­роды пришло их сознательное производство. Однако развитие производящих хозяйств происходило посте­пенно и крайне неравномерно. Новые культурные оча­ги сложились первоначально в Египте, Передней Азии и Средиземноморье. Постепенно земледелие и ското­водство распространились к северу. В Англии и Фран­ции они стали известны в IV—III тысячелетии до н. э., в Средней Европе — около III тысячелетия до н. э. На

В


территории СССР развитие новых форм хозяйства на­блюдается прежде всего на юге, где неолитические племена испытывали влияние древних культурных оча­гов Передней Азии. В Северной Европе в неолите по-прежнему господствовали охота и рыболовство.

Кремневые орудия раннего неолита еще очень сходны по типу и технике изготовле­ния с мезолитиче­скими. В качестве отличительной осо­бенности можно от­метить появление орудий с двусто­ронней обработкой и техники шлифова­ния камня. Посте­пенно кремневый инвентарь приобре­тает макролитоид-. ный облик, орудия становятся крупнее. Распространяю т с я клиновидные ору­дия из нуклеусов, топоры различных форм, долота. В позднем неолите широко распростра­няются шлифование и сверление. Но шлифовке обычно

Неолитический сосуд. (Д. Ходосови-чи, уроч. Мошка. Раскопки И. И. Артеменко.)

подвергался только рабочий край орудия. Как пока­зали недавние экспериментальные работы по перво­бытной технике, шлифованный топор из кремня мож­но было изготовить за 35—40 часов, а из такого мяг­кого материала, как сланец, за 3—4 часа. Установле­но, что производительность каменных орудий была достаточно высока. Так, сосну диаметром 25 см мож­но было срубить каменным топором за 15 минут, а для того, чтобы выдолбить каменным теслом деревян­ную лодку, требовалось 12 дней (при восьмичасовом рабочем дне).


Наиболее ярким признаком нового периода являет­ся изобретение и широкое распространение глиняной посуды. Характерной формой неолитического сосуда на территории Белоруссии был вылепленный от руки остродонный горшок.

Изобретение глиняной посуды было крупным до­стижением человеческой культуры и явилось необхо­димым условием для возникновения производящих хозяйств. Впервые были созданы надежные вместили­ща для хранения продуктов. Однако в лесной полосе природные условия не благоприятствовали развитию земледелия и скотоводства. Поэтому на территории БССР и в эпоху неолита люди продолжали вести преж­ний образ жизни охотников и рыболовов. Значительное развитие рыболовства нашло свое отражение в топо­графии неолитических стоянок, спустившихся с высо­ких террас ближе к воде. Тяготение к воде — характер­ная особенность неолитических поселений.

Стоянки располагались, как правило, на первой надпойменной террасе или ее останцах, вблизи озерных и речных стариц, заливов и устьев мелких рек. Плот­ность неолитических стоянок была в 6 раз выше, чем мезолитических. Разведки К. М. Поликарповича пока­зали, например, что на Соже на протяжении 19 км рас­полагалось 15 неолитических стоянок, т. е. одна стоян­ка приходилась на каждые 1,3 км. Это, несомненно, свидетельствует о заметном увеличении численности населения. В отличие от мезолитических неолитиче­ские стоянки имеют значительный культурный слой, что является показателем прочной оседлости обитателей таких поселений. Впрочем, довольно часто попадаются и временные стойбища неолитических людей. Границы стоянок устанавливаются по находкам кремня и кера­мики. Размеры большинства стоянок не превышают 0,5—1 га, но встречаются стоянки, занимающие по не­скольку гектаров [19, 23].

Количество открытых на территории Белоруссии неолитических стоянок очень велико, но раскопки про­изводились на немногих из них, причем ни одна стоян­ка еще не раскопана целиком. Поэтому наши знания о внешнем облике неолитических поселений и харак­тере их застройки еще крайне скудны. Пока удалось установить наличие двух типов неолитических жилищ:


землянок, открытых В. Ф. Исаенко у д. Юревичи Го­мельской области, и наземных жилищ, известных как на Припяти (исследования В. Ф. Исаенко), так и в По-днепровье (исследования И. И. Артеменко). Постройки имели небольшие размеры — 10—12 кв. м. Внутри них обнаружены выложенные из камней открытые очаги или очажные ямы. На стоянке средних размеров насчитывалось, по-видимо­му, до десяти жилищ.

В качестве примера можно рассмотреть матери­алы из раскопок неолити­ческого поселения в уроч. Сосонка недалеко от с. Лу­чин на Днепре. Стоянка за­нимала песчаную возвы­шенность, выступающую над поймой реки на 1,5— 1,7 м. В 1956—1958 гг. И. И. Артеменко вскрыл на ней около 300 кв. м. В рас­копках найдено 78 кремне­вых орудий, представлен­ных скребками, скреблами, ножами, наконечниками стрел ромбовидной формы, наконечниками копий и дротиков, клиновидными топорами, 508 отщепов и Кремневый топор из стоянки

кусков кремня со следами Д06?"" ко^(?^>1акк и- м-сколов, а также 1200 фраг- юринои.)

ментов глиняных сосудов.

Особый интерес представляет обнаруженное здесь жилище. Его размеры 3,4Х3—2 м. Пол углублен в пе­сок на 0,2—0,3 м. Посредине проследился очаг диа­метром 1 м. Вокруг жилища обнаружено шесть ям от столбов, по которым можно судить, что столбы были вкопаны наклонно к центру жилища. Это указывает на конусообразную форму перекрытия [2].

В эпоху неолита в результате совершенствования приемов обработки камня и все возрастающей потреб­ности в крупных орудиях начинается сознательная


добыча сырья путем проникновения человека в недра земли. Древние разработки кремня известны в Англии, Франции, Бельгии, Польше, Скандинавии и Северной Америке. На территории СССР шахты открыты в Бе­лоруссии возле Красного Села, недалеко от Волковыс-ка [12]. В 20-х годах XX в. польский археолог 3. Шмит насчитал здесь не менее 1000 шахт.

По своей конструкции шахты Красного Села напо­минают английские неолитические шахты в Цисбури. При помощи костяных мотыг выкапывались стволы шахт диаметром около 1 м на глубину до 5—6 м. При

Неолитические шахтыпо добыванию кремня под Волковыском.

обнаружении кремня ствол расширяли, превращая его в штрек. Штреки представляли собой сплошную сеть ходов. Один из прослеженных штреков имел длину 20 м. В стороны от него отходили небольшие выработ­ки длиной 3—4 м. Диаметр штреков колебался от 0,5 до 1 м. Через определенные расстояния в штреках уст­раивались расширения — камеры, в которых древние шахтеры отдыхали и отбирали кремень. Камеры и штреки освещались кострами.

Помимо роговых мотыг, в пределах шахт были най­дены скопления кремневых отщепов, нуклеусы преи­мущественно призматической формы, заготовки топо­ров, скребки, наконечники стрел и ножевидные пла­стины. Вероятная дата возникновения шахт — конец неолита, может быть, энеолит.

Недалеко от шахт были выявлены две мастерские по обработке добытого кремня. Одна мастерская зани-


мала площадь не менее 500 кв. м. Там найдены нуклеу­сы, заготовки орудий, отщепы и крупные кремневые конкреции. Уже первые итоги изучения белорусского кремня показали, что большинство неолитических сто­янок Понеманья имеет кремень, добытый в шахтах Красного Села.

Очевидно, шахты разрабатывались на протяжении длительного времени. Об этом свидетельству­ет их многочислен­ность.

На дне одной шах­ты на глубине 5—6м от поверхности был об­наружен человеческий скелет в полусогнутом положении, лежавший на правом боку голо­вой на юг [28]. Воз­ле него найдена костя­ная игла длиной 13,2 см и глиняный со­суд высотой 11 см, на­ходившийся у ног с ле­вой стороны. Сосуд плоскодонный, с высо­ким плавно отогнутым венчиком, по краю ко­торого нанесен в три ряда нарезной орнамент из ко­сых насечек, образующих «елочку». Горшок имеет аналогии в прибалтийских памятниках первой поло­вины II тысячелетия до н. э. Пока трудно сказать опре­деленно, было ли это специальное захоронение или результат несчастного случая. Не установлено также, синхронизируются ли эти останки с данной шахтой или относятся к более позднему времени.

Роговая копалка из неолитической шахты под Волковыском.

Имеющиеся материалы позволяют говорить о нали­чии на территории Белоруссии нескольких культурных групп неолитического времени. Основным критерием для выделения неолитических культур служит керами­ка, характеризующаяся внешними формами сосудов, элементами и мотивами орнаментации, а также техно­логией изготовления.


Почти вся территория Белоруссии входит в обшир­ную этнокультурную область гребенчатой и накольча-той керамики, включающую также Польшу, Прибал­тику и Валдай. Названа она так по преобладанию в орнаментации посуды ямочных наколов и оттисков гребенки.

Одной из составляющих этой культурной общности является днепро-донецкая неолитическая культура, охватывающая бассейны Среднего и Верхнего Днепра, восточного течения Припяти и лесостепное левобе­режье Украины. Период ее существования определяет­ся временем от середины V — до конца III тысячеле­тия до н. э. [26].

Основная форма посуды представлена широко от­крытым остродонным горшком со слаборазвитым вен­чиком и толстыми стенками. Для раннего этапа куль­туры характерно наличие растительной примеси в те­сте глины. У поздней керамики растительные волокна заменяются песком или мелкой дресвой, а сами сосуды имеют более тонкие стенки и хороший обжиг.

Орнаментация сосудов очень разнообразна. Основ­ными ее элементами являются гребенка, наколы и ли-• нии. Ямки в один или два ряда наносятся только под венчиком. Этот элемент орнамента почти обязателен для днепро-донецкой керамики. Оттиски гребенки и наколы образуют различные геометрические узоры, сводящиеся к трем основным мотивам: 1) горизон­тально-линейному, когда гребенка, наколы и линии опоясывают сосуд вокруг; 2) елочно-диагональному, когда те же элементы образуют косые линии, иногда стоящие под углом друг к другу и 3) мотиву подпря-моугольных или треугольных полей, покрытых накола-ми или оттисками гребенки.

Орудия из камня представлены кремневыми и ка­менными топорами, скребками, ножами, сверлами и т. д. Основой хозяйства племен днепро-донецкой куль­туры были охота и рыболовство.

К днепро-донецкой культуре очень близка культу­ра «гребенчатой керамики», памятники которой изве­стны на обширной территории от Немана до устья Оде-ра и средней Польши.

Восточное Сожа располагалась особая этнокультур­ная область с ямочно-гребенчатой керамикой. Центром


этой области был волго-окский бассейн. Посожье, по-видимому, представляло собой пограничье между нею и областью с гребенчато-накольчатой керамикой.

В позднем неолите (III—II тыс. до н. э.) археологи­ческая карта Белоруссии представляла более пеструю картину.

На основе большой культурной общности, характе­ризующейся гребенчатой и накольчатой керамикой, складываются локальные неолитические культуры, в значительно большей степени отличающиеся Друг от друга. Так, к западу от Немана и на территории Поль­ши сложилась особая польская группа культуры гре­бенчатой керамики «младшей фазы» (в отличие от предшествовавшей ей «старшей фазы» культуры гре­бенчатой керамики, близкой к днепро-донецкой) с ха­рактерными формами сосудов, отличающихся большим разнообразием. Культура эта находилась под очень сильным влиянием других культур позднего неолита и ранней бронзы.

Область верхнего течения Западной Двины попа­дает в зону распространения памятников валдайской неолитической культуры, основное ядро которой нахо­дилось в Калининской и Новгородской областях [10].

Отличительной особенностью валдайской культуры является обилие кремневых орудий и полуфабрикатов. Из изделий особенно часто представлены ножевидные пластины. Однако руководящим типом является тесло-видное орудие удлиненной формы с несколько сужен­ной и слегка заостренной тыльной частью — так назы­ваемый «топор типа транше». Шлифованных изделий из камня мало.

Керамика остродонна. Для орнаментации характе­рен легкий поверхностный узор, выполненный ямками, гребенкой и линией. В композиции орнамента заме­чается преобладание диагонального мотива. Н. Н. Гури-на датирует памятники валдайской неолитиче­ской культуры II тысячелетием до н. э. Материалов для установления нижней хронологической границы пока нет.

В юго-западных районах Белоруссии и на Волыни встречается керамика, характерная для культуры «во-ронковидных кубков». Культура эта считается приш­лой.



3 Э. М. Загорульский


В Повисленье она появляется во второй половине III тысячелетия до н. э. и продолжается до начала эпохи бронзы. Можно предполагать, что на террито­рии Белоруссии памятники этой культуры как наибо­лее удаленные от ее основного центра относятся к позд­нему этапу существования культуры воронковидных кубков [12].

В составе кремневого инвентаря из неолитических стоянок Белоруссии нередко встречаются геометриче­ские орудия мезолитического облика. В то же время от­мечается сравнительная немногочисленность наконеч­ников стрел, сделанных на кремневых пластинах. Это дает основание исследователям неолита говорить о ге­нетической связи неолита Белоруссии с местным мезо­литом [27]. К такому же выводу можно прийти, если сопоставить между собой ареалы неолитических и ме­золитических культур. Территориальное совпадение этнокультурной области гребенчатой керамики с ареа­лами мезолитической культуры, характеризующейся наличием треугольных геометрических орудий, может рассматриваться как подтверждение вывода о развитии неолита Белоруссии на основе местного мезолита.

В этническом отношении состав населения Белорус­сии в эпоху неолита, по-видимому, не был однородным. Изучение останков неолитических людей показало ан­тропологические различия между носителями гребен-чато-накольчатой и ямочно-гребенчатой культурами. Существует мнение, что неолитические культуры гре­бенчатой и гребенчато-накольчатой керамики между­речья Днепра и Вислы принадлежали племенам еще нерасчлененных балтославян [25].

ЛИТЕРАТУРА

1. Артеменко И. И. Верхнее Поднепровье в эпоху позд­него неолита и бронзы. КСИА АН СССР, 1964, вып. 101.

2. Артеменко И. И. Неолитическое поселение в уроч. Сосонка близ с. Лучин Гомельской области. КСИА АН СССР, 1964, вып. 101.

3. Брюсов А. Я. Очерки по истории племен Европейской части СССР в неолитическую эпоху. М., 1952.

4. Б у д ь к о В. Д. Бердыжская верхнепалеалггычная стаянка (Падлужжа I). Весщ АН БССР, серыя грам. навук, 1962, № 1.

5. Б у д ь к о В. Д. Аб адноснай старажытнасщ 1 геалапчным


узросце помшкау св1дэрскай культуры у Веларус!. ВесщАНБССР, серыя грам. навук, 1962, № 3.

6. Б у д ь к о В. Д. Да пытання аб першапачатковым зася-леню тэрыторы! БССР. (Па матэрыялах Падлужскай стаянк!.) Весщ АН БССР, серыя грам. навук, 1960, № 4.

7. Будько В. Д. Палеолит Белоруссии. Автореферат дис­сертации. Л., 1962.

8. Воеводский М. В. Мезолитические культуры Восточ­ной Европы. КСИИМК, 1950, вып. 31.

9. Г у р е в и ч Ф. Д. Древности Белорусского Понеманья. М.—Л., 1962.

10. Г у р и н а Н. Н. Валдайская неолитическая культура. СА, 1958, № 3.

'11. Г у р и н а Н. Н. Новые мезолитические памятники лесной полосы Европейской части СССР. СА, 1960, № 1.

12. Г у р и н а Н. Н., Ковнурко Г. М. Шахты по добыче кремня в Западной Белоруссии. СА, 1964, № 2.

13. Ефименко П. П. Первобытное общество. Киев, 1953.

14. Кларк Дж. Г. Доисторическая Европа. М., 1953.

15. Кравченко И. С. Итоги и задачи археологического изучения БССР. Тез. докл., посвященных итогам полевых иссле­дований 1962 г. М„ 1962.

16. Кухаренко Ю. В. Первобытные памятники Полесья. М., 1962.

17. О с б о р н Г. Ф. Человек древнего каменного века. Среда, жизнь, искусство. М., 1924.

18. Поликарпович К. М. Выюю археалаг1чных дасле-даванняу на тэрыторьи Беларус! пасля Кастрычнщкай рэвалю-пы1. Весщ АН БССР, серыя грам. навук, 1947, № 1.

19. Поликарпович К. М. Даг1старычныя стаянк! Сярэд-няга 1 Южняга Сожа па доследах 1926 г. Затек! аддзела гума-нгг. навук, кн. 5. Менск, 1928.

20. Пол и карпович К. М. К вопросу о мустьерской куль­туре в Верхнем Поднепровье. Материалы по археологии БССР, т. I. Минск, 1957.

21. Поликарпович К. М. Палеалгг 1 мезалгг БССР 1 не-каторых суседшх крат Верхняга Падняпроуя. Працы секцьп а.р-хеалоги БАН, т. 111. Минск, 1932.

22. Поликарпович К. М. Праблема палеалгга у Белару­си Матэрыялы юб1лейнай сеси АН БССР. Мшск, 1950.

23.Поликарпович К. М. Стоянки среднего Посожья. Материалы по археологии БССР, т. I. Минск, 1957.

24. Поликарпович К. М. Торфяниковые стоянки Кри-вина и Осовец в БССР. БКИЧП, № 6—7. М.—Л., 1940.

25. Телегин Д. Я. Об этнической принадлежности днепро-донецкой культуры. Тез. докл. на заседаниях, посвященных ито­гам полевых исследований 1963 г. М., 1964.

26. Телегин Д. Я. К вопросу о днепро-донецкой неолити­ческой культуре. СА, 1961, .№ 4.

27. Формозов А. А. Этнокультурные области на террито­рии Европейской части СССР в каменном веке. М., 1959.

28. Чернявский М. М. Старажытныя шахты па зда-бычы крэменю. Весщ АН БССР, 1963, .№ 3.

З* 85





Дата публикования: 2014-11-18; Прочитано: 994 | Нарушение авторского права страницы



studopedia.org - Студопедия.Орг - 2014-2020 год. Студопедия не является автором материалов, которые размещены. Но предоставляет возможность бесплатного использования (0.015 с)...