Партийная и советская пресса: по одному шаблону

Гражданская война закончилась, и, несмотря на многочисленные трудности, в Тюменской губернии стала налаживаться система партийной и советской периодики. Основным типом издания в провинции оставались «Известия». В Тюмени название «Известий» до 1921 года менялось в зависимости от изменений в партийных и управленческих структурах. В редакционные коллективы газет входили руководители органов власти и партийные работники. Так, в октябре 1919 года «ИзвестияТюменского революционного комитета» были преобразованы в «Известия Тюменско-Тобольского губернского комитета РКП(б) и губернского военно-революционного комитета». Газета печаталась в Первой государственной типографии, расположенной на улице Иркутской в доме № 3[99]. Ответственным секретарем редакции был Николай Васильевич Анапский – большевик с 1913 года, член президиума Тюменского губкома РКП(б)[100]. Затем редактировал газету Павел Афанасьевич Россомахин. П.А. Россомахин – коренной тюменец, воевал на фронтах Первой мировой и Гражданской войн, после разгрома Колчака был освобожден от военной службы по болезни и вернулся в Тюмень. В мае 1920 г. его избрали в уездный ревком, где он заведовал отделами народного образования, здравоохранения, финансов, разрабатывал новые школьные программы и редактировал «Известия»[101]. С 8 июня, когда ВРК передал свои полномочия исполкому, газета стала «Известиями Тюменско-Тобольских губернского комитета РКП(б) и губернского исполнительного комитета совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов». В то же время к изданию своих газет приступили различные общественные объединения: губернский профессиональный совет выпускал газету «Труд», губернский женотдел – «Работницу и крестьянку», комсомольская организация – «Юный труженик». По мере накопления материала выходили «Известия губернского комитета РКП(б)» в формате журнала.

В Тобольске с сентября, после установления советской власти, издавалась «Тобольская коммуна» –орган Тобольского военно-революционного комитета итобольской организации РКП(б), редактировали члены ревкома Орлов и Гардиенко[102]. На ее страницах, как писал в 1928 году историк-краевед А.Г. Эристов, была «сосредоточена вся агитационно-пропагандистская и другая работа, направленная к укреплению в Тобольске власти Советов»[103]. «Тобольская коммуна» сообщала о поражениях армии Колчака и развале белого движения, убеждала сибирское крестьянство поддержать новую власть. В январе 1920 года газета была переименована в «Известия Тобольского военно-революционного комитета и Тобольского городского комитета РКП(б)» [104], затем в «Известия тобольского исполнительного комитета Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов». В «Известиях» принимал участие председатель военно-революционного комитета Тобольска В.Х. Петров[105], редактировал газету председатель Тобольского городского комитета РКП(б) А.В. Семаков[106]. В начале 1921 года Александр Васильевич Семаков был избран в губернский комитет партии и назначен заведующим информационно-учетного статистического отдела.

В Ялуторовске уездный ревком и комитет РКП(б) издавали газету «Красный вестник». Первый номер вышел 25 февраля 1920 года, в начале редактировал газету председатель Ялуторовского уездного ревкома и исполкома советов С.П. Аггеев[107], затем Ф. Гагаркин, в 1921 году К. Наумов. В Ишиме выходила уездная газета «Серп и молот», в Туринске – «Туринская беднота». Тираж губернской газеты доходил до 7 тыс. экземпляров, уездных – 2–4 тысячи экземпляров.

В октябре 1919 года был организован губернский отдел «Центропечати» под руководством Б.З. Шумяцкого[108], главной задачей которого стало распределение и снабжение литературой, местными и центральными периодическими изданиями. В ноябре 1919 года созданы уездные отделы «Центропечати» в Туринске, Ялуторовске, Тобольске. Всего в это время в Советской России функционировало 65 губернских, 570 уездных отделений. В 1920 году в Тюмени, как и в большинстве губернских городов, открылось отделение Российского телеграфного агентства и издавалась стенная газета РОСТА. Газета с самыми последними радиограммами выходила в 2 часа дня и расклеивалась на всех видных местах, рассылалась по всем городам и уездам.

Местные «Известия» издавались в соответствии с резолюциями и указаниями центральной власти. Так, в резолюции VIII съезда РКП(б) «О партийной и советской печати» (18–23 марта 1919 г.) говорилось о том, что провинциальная печать «во-первых, должна вестись живо и популярно, во-вторых, должна отражать на своих страницах жизнь рабочих, крестьян и красноармейцев. Сугубое внимание печать должна обращать на жизнь армии как на фронте, так и в тылу, на партийную жизнь, а также на женское коммунистическое движение и на движение среди красной молодежи»[109]. Структура местных газет, таким образом, была проработана, программа четко определена, руководителям оставалось только наладить работу редакции. Вот здесь они столкнулись с рядом проблем.

Сообщения о событиях на фронтах, общероссийские и мировые новости, а также беллетристику предоставляло Российское телеграфное агентство (РОСТА). В редакцию поступали радиосводки с информацией о военных действиях и распоряжениях центральной власти. Но местную информацию нужно было собирать своими силами. Однако в изданиях отсутствовал штат профессиональных журналистов, и в первое время основная творческая работа легла на плечи партийных и военных руководителей. Например, А.В. Семаков писал о партийной и профессиональной жизни, о вопросах веры и религии, о «строительстве новой жизни» в деревне и многое другое. Выступал как очеркист в «Литературной страничке», опубликовал цикл «Писем с фронта» и воспоминания о Гражданской войне. Александр Семаков, будучи убежденным революционером, был готов выполнять любую работу для укрепления новой власти. В своем письме родным он писал: «Домой, еще раз говорю, не буду долго, считаю преступлением, где надо работать для Советской власти, а это особенно надо в Сибири. Хотя и тяжело, но будем своего добиваться. <…> Только работа упорная, длительная и энергичная даст ожидаемые результаты»[110]. Молодой редактор был не лишен публицистического таланта, его очерки и зарисовки написаны в революционно-романтическом стиле и заметно выделяются внутренним поэтическим ритмом.

В конце ноября 1919 года было создано Губернское бюро печати при ревкоме, все партийные и советские работники обязывались еженедельно предоставлять в Бюро статьи. Однако партийные чиновники с редакциями сотрудничали неохотно. А. Семаков писал: «Редакция целыми месяцами не получает ниоткуда никаких информационных сведений, как будто бы советские учреждения вымерли или пустуют <…> Все забыли бедные «известия», все забыли уезд, который жаждет печатного слова»[111]. А. Семаков продолжает искать возможности, чтобы наладить работу тобольских «Известий» и в июне по решению комитета Тобольской организации РКП (протокол № 43) редакция создает собственное Бюро печати и пытается собрать «крепкое постоянное ядро корреспондентов», чтобы освещать не только партийные, но и «специальные» вопросы. В Бюро были приглашены двадцать четыре человека из тобольских партийных, общественных, кооперативных и других организаций. Среди них были такие опытные журналисты и общественные деятели, как Г.М. Дмитриев-Садовников – исследователь Тобольского Севера, журналист партийных («Земля и воля», «Тобольское народное слово») и кооперативных изданий, заведующий внешкольным подотделом уездного отдела народного образования при Тобольском военно-революционном комитете; бывший член Тобольского губернского земства С.В. Бунин; председатель Тобольского совета профсоюзов А.Е. Коряков; член парткома, организатор партшколы А.В. Пратасов-Жизнев и др[112].

Со временем в газетах появились постоянные внештатные корреспонденты: комсомольцы, женщины-активистки, рабочие. Труднее было с крестьянами, они иногда обращались с письмами в газету, но система сельских корреспондентов не сложилась. Редактор А. Семаков не раз выступал на страницах «Известий», разъясняя задачи советской печати и призывая к совместному творчеству. «Крестьянин и рабочий, – писал А. Семаков, – должен быть творцом, создателем пролетарского творчества <…> Учитесь в газете. Интересуйтесь ею. Любите ваше детище. Любите и уважайте ваш боевой орган. Дышите ею, и она будет газетой в полном смысле этого слова, а не народной насмешкой на нее. Деревня – пиши в газету»[113].

Характерно, что губернские и уездные газеты строились по одному шаблону, имели схожие рубрики и разделы, поднимали одни и те же темы. Постоянными в тюменских и тобольских «Известиях» были рубрики «Профессиональная жизнь», «Партийная жизнь», «Обзор печати», «По Советской России», «В стане белых», периодически появлялись театральные рецензии, рубрика «Театр и искусство». Значительное место занимал литературный отдел, где печатались стихотворения, очерки, зарисовки, воспоминания, «маленькие фельетоны» публицистов центральных изданий, которые рассылало РОСТА, реже местных авторов. Выходили специальные приложения, их содержание соответствовало задачам просвещения и раскрепощения женщин, коммунистического воспитания молодежи, освобождения от религиозных предрассудков крестьянства и их политического просвещения. Газеты рассказывали о международном женском и молодежном движении, воспитывали ненависть к буржуазии, зажиточным крестьянам и духовенству. Публицисты с революционным пафосом и оптимизмом писали о «строительстве новой жизни».

В «Известиях» сообщалось о местных проблемах и, с тем же революционным оптимизмом, о мерах, которые принимает власть для их разрешения: организация чрезвычайной комиссии по борьбе с тифом, помощь семьям красноармейцев, натурализация заработной платы и т.п. Газеты осуществляли мощную «информационную поддержку» акциям ревкомов: сбору вещей и продуктов для красноармейцев в рамках «недели фронта», трудовым субботникам, борьбе с дезертирством, продовольственной разверстке и т.п. При этом журналисты освещали факты чекистского «беспредела» в крае и писали о пороках местных партийных чиновников. Так, в «Известиях» Россомахин писал о пьянстве и мздоимстве партийных чекистов Тюмени, Анапский о пытках и «зверствах» ЧК Тобольска. После публикации статей Россомахина арестовали, предъявив обвинение в «контрреволюции путем печати». «Трое суток, – вспоминал он, – просидел в подвале Тюменской ИК, пилил дрова и ел селедку»[114]. Журналисты столкнулись с растущим в крае влиянием ГПУ, в котором в это время было множество весьма сомнительных и случайных людей.

В содержании тюменской прессы в полной мере отразилась политика советской власти в отношении регионов: проблемы и интересы края нивелировались, сложившиеся исторически хозяйственные и психологические особенности не принимались во внимание. Типичный лозунг-шапка: «Крестьяне Сибири! Ваш долг – бороться с этими врагами Советской республики! Больше хлеба, больше дров центру, – и тогда победа останется за нами!..» Нет на страницах газет и отдельной личности, гражданина, есть обобщенные портреты крестьян, рабочих, советских женщин, молодежи, буржуев. Эти портреты не отражали реальных социальных и общественных противоречий. Например, А. Семаков в тобольских «Известиях» часто писал о крестьянине, восхищался его натурой «широкой и беспредельной», «бодрым духом», оптимизмом, с которым он выполняет многочисленные разверстки. «Крестьянин понял все, – писал А. Семаков, – теперь он нравственно и телесно наш друг, наш брат, наш товарищ» [115]. В то же время в письме родным Семаков сетовал: «Народ здесь более кулаческого настроения, но думаю, что жизнь сама сломает их мелкобуржуазную психологию» [116]. Насколько идиллия, созданная в тюменских газетах, была далека от действительности, стало ясно зимой 1920–1921 года, когда сибирские крестьяне взбунтовались против продовольственной разверстки. А.В. Семаков возглавил вооруженный отряд красноармейцев и в марте 1921 года погиб в бою с повстанцами.