Times new Roman 6 страница

При этом никто не хотел признать самобытность и оригинальность глаголицы. Но письмо это появилось и развивалось, независимо от чьего бы то ни было мнения о нем. Русские и советские ученые, согласившиеся с тем, что до Кирилла у славян письменности быть не могло, повторяли это из книги в книгу, а зарубежным ученым до славянского письма и дела не было. В своих монографиях славянскому письму они отводили несколько строк, а то и вообще иногда не упоминали о его

Если обратить внимание на форму букв любого алфавита, то можно прийти к выводу, что форма букв практически всегда условна и только иногда на общий графический стиль письма влияют особенности народного искусства. Так, выделяются своей орнаментальностью различные виды арабского и индийского письма, геометрический характер имеет греческий шрифт, выделяется готический стиль европейского письма Средневековья и т.д. На форму букв оказывает влияние и назначение письма (монументальное или книжное), материалы и орудия письма.

Глаголица имеет очень запоминающийся характер благодаря многим факторам. Прежде всего — это выразительный рисунок каждой буквы. Причем очень содержательный рисунок по своей художественно-образной выразительности. Многие буквы представляют собой минипиктограммы, в которых изображено понятие. Все письмо выглядит очень декоративно, благодаря сложным комбинациям кружков и черточек. В нем нет монотонности и однообразия, характерного, например, для готических шрифтов или римского унциала. Выносные элементы полностью отсутствуют. Ритм строки глаголицы сложен, и в то же время легко читается каждая буква. И если многие европейские шрифты веками шли по пути совершенствования буквенных знаков, стремясь к удобочитаемости, то глаголица на удивление обладает очень хорошей удобочитаемостью даже без выносных элементов.

Смысловая содержательность и изобразительная информативность практически каждого знака глаголицы свидетельствуют об особой самобытности и оригинальности этого вида славянской письменности.

О самобытности глаголицы говорят и сами названия буквенных знаков. Если бы рисунки букв были у кого-то заимствованы, то, вероятнее всего, и названия их также были бы заимствованы. Однако эти самобытные, специфические славянские названия не только сохранились в глаголице, но и полностью позже перешли в кириллицу без изменений. Подчеркнем еще раз: таких специфических названий букв, как у славян, нет ни в каком другом алфавите мира. Значит, и заимствовать эти названия букв было славянам не у кого. Это самобытная славянская азбука, и других мнений быть не может.

Но степень оригинальности глаголицы все же определяется не только этим. Совершенство и оригинальность любой системы письма определяется в первую очередь не графической оригинальностью буквенных знаков и их названием, а степенью соответствия звукового состава алфавита звуковому составу языка. И в этом отношении алфавит глаголицы выглядит оригинальным, особенно в сравнении с любым западноевропейским алфавитом, будь то немецкий, французский, английский или любой другой. В глаголице очень тщательно учтен фонетический состав старославянского языка, и в алфавите имелись все буквы, необходимые для правильной и точной передачи этого языка. А вот для передачи многих звуков западноевропейских языков приходится прибегать к использованию двух- и трехбуквенных сочленений, использованию диакритических знаков

Примером может служить отрывок беседы академика Олега Трубачева и писателя Юрия Лощица: «О.Т.: Я из своего скудного опыта интернетовского общения часто вижу, как на разных латиницах по-разному искажается моя фамилия: вместо Трубачева пишут то Трубасев, то Трубасёв, то еще как-то.

ЮЛ.: Очень даже могу понять Ваши в связи с этим огорчения. Об мою фамилию латынь тоже вовсю спотыкается, особенно из-за звука “щ”. Поляки, к примеру, вынуждены для изображения нашего русского “щ” использовать сразу четыре буквы — szcz. И англичане тоже четыре знака используют, но уже отчасти другие — sch. Так в последнем моем загранпаспорте. А в предыдущем было еще мудреней: chtch. Вот и разберись, где верней: где четыре буквы или где пять? Как еще меня с такой чудной транскрипцией за границу выпускают? — Вместо одной русской буквы изволь царапать глаза нагромождением из четырех, а то и пяти согласных».

Удивительно и то, что в глаголический алфавит, имевший полный ассортимент букв, необходимых для передачи всех звуков старославянского языка, входило и семь букв, не нужных для правописания старославянского, но необходимых для обеспечения правильного произношения греческих слов. Интересно и то, что буквы эти были уже и в угловатой глаголице, что свидетельствует о том, что заимствование этих букв (если таковое вообще было) произошло значительно раньше IX века, как нас приучили об этом думать.

А вдруг глаголица была универсальным алфавитом всех народов и поэтому включала в себя буквы всех языков? Сегодня в это не каждый способен поверить, но задуматься стоит.

За многие века существования глаголицы, а позже кириллицы, в нее было введено только две новые буквы — «Й» (реформа 1735 г.) и «Ё» (в 1797 г.). В славянском, а теперь в русском письме совсем не применялись и не применяются многобуквенные сочетания и диакритические знаки для передачи

Отмеченные нами оригинальные качества глаголицы свидетельствуют о том, что этот алфавит не является заимствованным славянами у кого-то, а создан специально для точной передачи этого языка и содержит в себе информацию, к сожалению, со временем забытую и, возможно, навсегда утраченную человечеством, — о возникновении и развитии славянского письма.

Главным достижением глаголицы было, наряду с изобретением содержательных знаков, введение чисто алфавитной системы, в которой каждый звук обозначается одним-единственным знаком. За эту совершенную во всех отношениях азбуку автору или авторам должно быть предоставлено место в ряду величайших благодетелей славянского мира. Ни порядок, ни наименования букв глаголицы не являются случайными или заимствованными, они логичны и самобытны, как никакой дру-

На основании всего вышеизложенного мы берем на себя смелость сделать следующие выводы.

Глаголица не является творением Кирилла и Мефодия. Они, скорее всего, лишь перенесли наименования букв глаголицы в кириллицу. Об этом свидетельствуют следующие факты. На сегодняшний день отсутствуют какие бы то ни было документальные факты создания конкретной азбуки Кириллом или его учениками. Многолетние споры не дали пока результата. Все предположения являются лишь догадками отдельных больших авторитетов и их приверженцев. Многие считают, что по этому вопросу больше не о чем говорить, потому что все давно сказано. Однако, как мы уже знаем, в одном из посланий папы Иоанна VIII, современника Кирилла и Мефодия, недвусмысленно говорится, что «славянские письмена» были известны до Кирилла и он их «только вновь нашел, вновь открыл». К приходу Кирилла у славян уже имелись целые книги, написанные славянскими письменами. Славяне умели читать и писать. Перенесение глаголических названий букв в кириллицу дало возможность донести до нашего времени названия букв славянской азбуки, гениальность создателей глаголицы и огромные познания славян того времени.

Существовавшие два основных вида глаголицы значительно отличаются друг от друга графикой многих букв и их количеством. Вероятно, определенную роль сыграли инструменты и материалы письма. Угловатая глаголица имеет более строгие и геометрически резкие очертания. Возможно, эти знаки наносились на деревянную доску твердой породы. Но самое интересное то, что в угловатой глаголице сохранились элементы «иероглифичности», особенно в букве «слово», где рисунок четко изображает язык и рот человека. В угловатой глаголице буква «Аз», ее начертание, совсем не напоминают крест, на чем акцентируют внимание приверженцы теории создания глаголицы как христианской азбуки. Очень отличаются рисунки букв «Веди», «Добро», «Иже», «Мыслете», «Како» от рисунка этих же букв в округлой глаголице. Особенно «выпадает» из общего строя буква «омега». Здесь она конкретно изображается в виде подковы, соответствуя второму названию созвездия Омега. В угловатой глаголице отсутствуют буквы «еры», «малый юс», «большой юс», «кси», «пси». Угловатая глаголица по характеру и рисунку букв производит впечатление более древней, чем округлая глаголица, азбуки. В ней еще сохраняются элементы пиктографичности в некоторых буквах.

Как уже отмечалось, в глаголице очень большое количество знаков своим рисунком полностью соответствует тому значению, которое он должен передать. Подобное соответствие можно наблюдать лишь в иероглифических системах письма, когда рисунок знака, упрощаясь, все же несет в себе изобразительную информацию. Около двадцати буквенных знаков глаголицы, по нашему мнению, непосредственно отражают понятие, заключенное в наименовании знака.

Оригинальность названий букв глаголицы заставляет задуматься над вопросом их возникновения. Даже если согласиться с версией создания Кириллом глаголицы, неясно одно: для чего нужно было давать буквам такие сложные понятийные наименования? Если для примера сравнить названия букв считающегося одним из древнейших еврейского алфавита, созданного согласно общепринятой версии на основе финикийского, с названиями букв глаголицы, то видна будет поразительная разница. В еврейском алфавите названия букв в переводе обозначают «бык», «дом», «верблюд», «дверь», «крест», «гвоздь», «оружие», «ограда», «глина», «рука», «ладонь», «шип», «жало», «вода», «рыба», «подпорка», «глаз», «рот», «серп», «обезьяна», «голова», «зуб», «знак». И хотя некоторые названия букв до сих пор являются спорными (Бет, Далет, Хе, Зайн, Каф, Нун, Цаде), удивляют обыденность и бытовая приземленность названий букв. Другое дело в глаголице. Это нечто большее, чем простой буквенный ряд, составленный, как считают, по подобию греческого алфавита. Названия букв глаголицы соответствуют вечным человеческим ценностям: Живете, Мыслете, Добро, Покой и т.д. Трудно поверить, что в IX веке, зная многие алфавиты, Кирилл стал бы придумывать такие сложные названия букв. Другое дело, если он перенес глаголические названия букв в

Но тогда снова появляется вопрос: откуда взялись такие мудрые названия букв глаголицы? Наше незнание истории возникновения славянской письменности настолько серьезно, что ответ на этот вопрос может появиться очень нескоро, если вообще появится. Вот если допустить, возможно, крамольную сегодня, мысль о глаголице, как о первоначальном шрифте, священном и тайном, который был заимствован финикийцами, видоизменен и впоследствии распространен по всему миру, тогда многое станет понятным. Тогда буквенные знаки в другом языке, потеряв свое первоначальное значение, сохранив числовой ряд, превратились в простое наименование буквы, совпадающей с начальной буквой слова. Тогда понятно значение знака еврейского алфавита под числовым номером 9 — «глина», тогда как в глаголице это «земля». Или греческой «омеги», в виде подковы, потому что у славян туманность Омега имела еще одно название — «Подкова». Как могли греки придумать для обозначения «Омеги» рисунок буквы в виде подковы, если не было у них коней и они не умели на них ездить до прихода пеласгов? Так кто у кого заимствовал знаки алфавита? Ответа на этот вопрос пока нет, но это пока.

В глаголице, как и во многих древних алфавитах, буквы имеют числовые значения — гематрии, наделяя соотношения слов, оборотов и фраз дополнительным смыслом. Существовала и существует древнейшая наука о числах, известная как каббала. К иудеям каббала перешла от халдеев, через Даниила и Ездру. К древним израильтянам — до рассеяния десяти иудейских колен — каббала перешла от египтян через Моисея. У халдеев, равно как и у египтян, каббала составляла часть того, что академии метрополий называли мудростью, то есть синтезом наук и искусств, приведенных к своему общему принципу. Этот принцип был Слово или Глагол. Каббала раввинов, относительно недавно составленная, как писанная, так и устная, была досконально известна еврейским адептам I века н.э. По мнению маркиза Сент-Ив д'Альвейдра, исследовавшего древний алфавит каббалы, самый скрытый и тайный, служивший, вероятно, прототипом не только для всех других такого же рода, но и для знаков ведийских и для букв санскритских, — есть алфавит арийский. Этот алфавит он узнал от выдающихся браминов, которые не обязывали его держать это в тайне. Шрифт этот отличается от других семитических тем, что буквы его имеют морфологическое строение, то есть представляют доподлинно идею своими очертаниями, что делает из них тип исключительный. Сверх того, внимательное изучение показало, что эти буквы есть первообраз зодиакальных и планетных знаков, что также имеет огромное значение.

Числовое значение букв алфавита глаголицы, построенное от единицы до тысячи, свидетельствует о древности этого алфавита. Кроме того, совпадение графического образа с числовым значением буквы и учением о нумерологии также подтверждает древность этого алфавита. Точно такое числовое значение букв мы находим в считающихся древними финикийском, еврейском и греческом алфавитах. Для финикийцев, занимавшихся торговлей, числовое значение букв играло, возможно, большую роль, нежели сам алфавит и сакральные значения букв. Использование буквенных знаков для счета позволяло совершенствовать и упрощать рисунок букв. Славяне активно проявляют себя в истории уже в первых веках нашей эры, славясь своей торговлей мехами, свинцом, шкурами, медом и т.д. Как они могли без счета торговать? То, что сегодня называется «древнееврейским письмом», прежде было «финикийской системой счета», состоявшей из 22 символов. И евреи, и греки именно у финикийцев, первоначально — без всяких изменений, взяли эту систему в свое пользование. Но если у евреев до сих пор в алфавите имеется всего 22 основных символа, древние греки к имевшимся 22 символам добавили еще несколько символов. Если же говорить о глаголице, то это сугубо славянское изобретение. Во всех известных вариантах глаголицы (хорватской, сербской, «бла- тенской», т.е. боснийской, старообрядческой) числовые значения всех представленных и имеющихся в виду разновидностей глаголицы абсолютно схожи между собой, что лишний раз подтверждает сакрализованный характер их по причине выраже-

В кириллице числовой ряд букв нарушен. Этот факт также дает основания считать глаголицу более древней, нежели кириллицу. Кроме того, во всех сохранившихся палимпсестах — книгах, в которых текст переписывался поверх смытого первоначального, кириллица писалась по смытому глаголическому тексту и никогда наоборот. Возможно, это связано с цифровым значением букв глаголицы. Принятые в еврейском и греческом алфавитах цифровые значения букв и утвердившиеся положения каббалы и нумерологии при написании священных слов требовали, чтобы объединенные в слово буквы придавали ему не просто сумму своих свойств, но и новое качество, собственную космическую характеристику, вибрацию. Согласно нумерологии, все нечетные значения являются хорошими, все четные — плохими. Именно в кириллице, созданной по подобию греческого алфавита, существовали цифровые значения, соответствующие таковым для букв греческого алфавита. Поэтому каждое слово, написанное кириллицей, как и каждое слово, написанное греческими буквами, имело цифровое значение, и сумма цифр этого слова образовывала либо хорошее, либо плохое число. Кириллица была создана как алфавит, абсолютно тождественный греческому алфавиту в его сакральной, цифровой части. И потому именно этой азбукой были написаны и переписаны богослужебные книги всех православных славян. В глаголице же такого соответствия значения слова и его цифрового выражения не происходило. И поскольку глаголица давала искаженную сакральную «цифирь», она не могла быть признана теми христианскими епископами, которые были посвящены в этот эзотерический смысл цифровых значений букв и сложенных из них слов. Поэтому-то и переписывали глаголические книги кириллицей, смывая глаголические слова, не соответствующие своей «цифирью» цифровому значению хри-

Относительно заимствования некоторых букв глаголицы из алфавитов других народов, где есть схожие знаки, нет пока однозначного мнения. Выходит, что славянская глаголица, как нищенка, ходила и собирала крохи по всем алфавитам мира, а славяне были настолько слабоумны, что не способны были придумать свой алфавит. Они только лишь были способны на то, чтобы дать заимствованным буквам такие мудрые названия и такую содержательность каждого знака, что всем народам остается только удивляться. А не могло ли быть все наоборот? Ведь если славяне могли заимствовать, то почему не могли другие народы заимствовать у славян и, не понимая изначального смысла, дать заимствованным знакам другое наименование? Такая мысль возможна при условии признания наличия письменности у славян до прихода Кирилла и Мефодия.

Если рассмотреть все буквы глаголицы не только с точки зрения художественно-образной выразительности, но и с учетом цифрового значения каждой буквы и ее наименования, создается впечатление о глаголице как о шрифте очень неоднозначном. Удивляет то, что никто и никогда не рассматривал глаголицу в таких аспектах. Большинство исследований проводились односторонне и рассматривали только лишь некоторые частные вопросы глаголицы. И поэтому глаголица представала «надуманной», «замысловатой», «искусственной». Однако наше комплексное рассмотрение показывает, что глаголица не имеет себе равных по содержательности каждого буквенного знака. Ни финикийский, ни греческий, ни латинские алфавиты не имеют такого единства графики, цифрового значения и смыслового содержания своих букв. Да и соответствия каждой буквы звуку, ею обозначаемому. И как это ни удивительно, но следует такой факт признать. Глаголица, ее принцип построения и ее смысловое значение могли быть на определенном этапе заимствованы, упрощены, перестроены и использованы во многих алфавитах мира. Тогда будет понятно, почему так единообразно построены почти все алфавиты: А, В, С, Д, Е... Потому, что в глаголице изначально было: Аз, Буки, Веди... Этот строй букв несколько изменялся в различных алфавитах в зависимости от особенностей языка, но принципиально оставался таким, каким был в глаголице, так же как и цифровое значение букв. Менялся только рисунок заимствованных букв, утрачивая свое изначальное образное значение и постепенно удаляясь от первоначального глаголического образа. Поэтому так много имеется алфавитов и видов письма, в которых современные ученые находят следы букв глаголицы и делают вывод о том, что при ее создании эти буквы заимствовались. При этом не всегда понимая, что при этом заимствовались бы и названия и смысловое и цифровое значение. Но глаголица отличается цельностью, содержательностью и логичностью, чего не может быть при слепом заимствовании отдельных букв из чуждых алфавитов.

Возникает и еще один вопрос. Почему были заменены графические знаки глаголицы новыми буквенными знаками кириллицы? То, что цифровое значение букв глаголицы требовало изменения, это теперь понятно, но для чего нужно было менять графику? Причин здесь можно увидеть несколько. Перед Кириллом стояла задача создания специальной азбуки для славян, необходимой для перевода богослужебной христианской литературы на славянский язык. Глаголица, имевшая «неправильное» цифровое значение многих букв, для этих целей не подходила, так как при написании божественных слов давала неправильное числовое значение. Кроме того, сам рисунок букв был очень замысловат. Все богослужебные книги того времени писались исключительно на еврейском, греческом и латинском, да и службы велись на этих языках. Для написания использовались шрифты, созданные специально для этих целей. Так, латинский шрифт унциал, был разработан в IV и использовался до VIII века именно для переписки и написания христианских книг. Да и все шрифты, которыми выполнялось написание христианских книг, были разработаны и получили свое развитие после новой эры. Глаголица, как шрифт древнеславянский, языческий не соответствовала религиозным требованиям того времени. А новый, кириллический шрифт, заимствовав некоторые буквы греческого и латинского шрифтов, новые цифровые значения букв, полностью соответствующие греческому алфавиту, но сохранивший славянские названия букв, оказался как раз пригодным для выполнения миссии. Поэтому-то и были уничтожены или смыты и переписаны многие, даже христианского содержания, книги, написанные глаголицей.

Кроме того, сравнительный анализ графического характера букв глаголицы с другими видами шрифтов, например, эфиопским и коптским, показал некоторое сходство. Эти виды шрифтов объединяет очень важная особенность — народы, использовавшие эти алфавиты, исповедовали монофизитство. Это было одно из наиболее распространенных еретических вероучений, своего рода догматическая противоположность арианству. Глаголица могла использоваться славянами в общении с монофизитскими культурами Эфиопии и Аксумского государства. Как доказательство можно рассматривать сходство оформления эфиопских, коптских, сирийских и глаголических рукописей. Арабский писатель X века ал-Масуди свидетельствует, что часть славян в его время исповедовала христианскую веру «якобинского толку», т.е. монофизитство. Вполне возможно, что глаголица активно использовалась еретиками. Поэтому новая кириллица призвана была вытеснить глаголицу и подорвать в славянской среде воздействие еретических воззрений. Можно также предположить, что глаголица имела распространение среди различных неортодоксальных общин в качестве тайнописи.

Система счета славян

Особого внимания заслуживает вопрос возникновения и развития системы счета у славян. Вероятно, цифровое значение буквенных знаков возникло на очень раннем уровне развития письменности. Давно замечено, что в славянских языках корень слова «ЧИТать» сходен со словами «сЧИТать», «сЧЕТ, «ЧЁТ», «неЧЕТ», «ЧЁТки». Факты убедительно свидетельствуют о том, что счет возникает раньше, чем названия чисел. Иначе говоря, первоначально языковыми объектами для построения модели служат не слова, а выделенные однотипные предметы: пальцы руки, камешки, узелки, черточки. Это и естественно. При возникновении языка слова связываются только с теми понятиями, которые уже существуют, т.е. распознаются. Формирование имени числительного — части речи, служащей для обозначения количества — шло параллельно с развитием математических представлений — от первичных (о единицах счета), до представлений множества. Слова «один», «два» и, возможно, «три» появляются независимо от счета (если понимать под счетом процедуру, протяженную во времени и осознаваемую как таковая), ибо они опираются на соответствующие нейронные понятия. Словам для больших чисел взяться неоткуда. Чтобы передать численность какой-то группы предметов, человек пользуется стандартными предметами, устанавливая между ними — один за другим — взаимно однозначное соответствие. Это и есть счет. Когда счет становится распространенным и привычным делом, для наиболее часто встречающихся (т.е. небольших) групп стандартных предметов возникают и словесные обозначения. Первоначально числа от одного до девяти воспринимались как имена или предметы счета.

Числительные, как словообразующий элемент, присутствуют сегодня в русском языке: первородный, второсортный (другорядный), трехкратный, четырехгранный, пятикратный и так далее. На некоторых числительных остались следы их происхождения. Так, русское слово «пять» подозрительно похоже на старославянское «пядь» — рука (пять пальцев). Наша цифра 5 — это на самом деле индо-бактрийская буква, соответствующая русскому звуку «П». Она является первой буквой санскритского слова «панчан», означающего «пять». Число 4 совсем не случайно напоминает русскую кириллическую букву «Ч». Оно происходит от первой буквы санскритского слова «чатур», которое, как вы и догадались, означает «четыре».

В славянских языках некоторые дни недели также были пронумерованы, и их счет велся начиная с воскресенья (а у мусульман первым днем считается суббота). Воскресенье у славян называлось неделей, т.е. днем, когда ничего не делают (днем отдыха), и это название сохранилось и сегодня во всех славянских языках, кроме русского. В русском языке название «неделя» перешло на всю семидневку. Следующие пять дней недели расшифровываются очень просто: понедельник — первый день после недели, вторник — второй, среда — средний день (в старославянском языке есть ее более древнее название — третийник), четверг — четвертый, пятница — пятый.

Но в названиях современных числительных мы не наблюдаем никакой связи с изначальным обозначением цифр буквами, как в глаголице, так и в кириллице. В этой связи можно предположить, что должны были бы в славянском языке как-то сохраниться и архаичные слова-числительные, основанные на начальных буквах, согласно буквенному обозначению цифр глаголицы. Буква с титлом над ней должна была бы соответствовать начальной букве в названии числительного. Однако ничего подобного сегодня мы не наблюдаем, кроме старинной считалки «Аты, баты, шли солдаты...». Как это созвучно солдатскому же «Ать, два...» или «Раз, два...»!

С появлением письменности возникла проблема записи чисел. Из сохранившихся источников нам известно, что в глаголице каждой букве соответствовало определенное цифровое значение. Начиная от первой «Аз» — один, и до «Червь» — 1000, каждая буква имела закрепленное за ней цифровое значение. В глаголице и порядок букв, и порядок обозначаемых ими цифр был четко установлен и строго соблюдался. Точно такое же обозначение чисел буквами было характерно и для многих алфавитов, в том числе греческого, еврейского и др. Древние греки и евреи, как известно, применяли алфавитную систему нумерации: числа от единицы до девяти, а затем все десятки и сотни обозначались буквами в порядке алфавита, над которыми

Создатели кириллического письма перенесли этот прием на новую почву: знаки кириллицы, соответствовавшие греческим буквам, получили те же числовые значения (но порядок нумерации при этом нарушился), сверху ставилось титло. В глаголице же такого нарушения нет; это может свидетельствовать о том, что глаголица использовалась значительно раньше кириллицы.

Сегодня сложно установить, кто у кого заимствовал такую систему обозначения чисел, но она, распространясь, долгое время выполняла свою функцию. Следует также полюбопытствовать, откуда пошло и где зародилось правило обозначения чисел буквами. Такая система была распространена у народов, живших по берегам Черного моря. Если бы греки ввели такую систему обозначения чисел, то она больше была бы распространена в Средиземноморье. Кроме того, им бы не пришлось вводить славянскую букву «ч» для обозначения числа 90, которая в славянском кириллическом алфавите обозначала это же число. Поэтому приоритет греков-ионийцев в создании подобной системы обозначения чисел буквами довольно спорен.

Алфавитные системы нумерации позволяли непринужденно обращаться с числами первой тысячи, а при помощи дополнительных знаков — в пределах десяти тысяч. Классическая древность и не сталкивалась с необходимостью заглядывать дальше этой границы в каких-либо реальных или теоретических ситуациях. Например, буква «Аз» с титлом над ней имела числовое значение единица, а если перед ней ставили знак, состоящий из косой черты с двумя поперечными черточками, то это обозначение соответствовало тысяче. Если эту букву обводили кружочком, то она обозначала десять тысяч. Причем, если кружочек был выполнен точками, то это было уже сто тысяч, или легион. Леодор, или миллион, писался той же буквой, но окруженной запятыми. Неопределенные выражения типа «тысяча тысяч», «тьма тем», «легион», или обыденное «как песчинок» отодвигали числовой горизонт в некоторую загадочную даль, невыразимую в конкретных количествах. Порядок цифрового расположения букв кириллицы отличается от цифровых значений букв глаголицы. В кириллице некоторые буквы (Б, Ж) вообще не имеют числового значения. Это говорит о том, что глаголическая буквенная система обозначения чисел существовала у наших предков задолго до введения кириллицы.

В заметке «Псаммит» (т.е. исчисление песка) Архимед показал, как можно систематически строить и называть сколь угодно

Надписи, найденные в Нана-Гат и Насике, относящиеся к первым векам до нашей эры и первым векам нашей эры, по-видимому, содержат обозначения чисел, которые были прямыми предшественниками тех, которые получили теперь название индо-арабской системы. Позиционная, десятичная система счисления возникла в Индии в начале нашей эры и в конце I тысячелетия стала распространяться в арабских странах, к XII веку достигнув Европы. В русских текстах «арабские» цифры появляются начиная с XVI века. В «Арифметике» Леонтия Магницкого (1703), по которой учился Ломоносов, все вычисления ведутся уже в новых обозначениях, но номера страниц, условий задач и т.п. указываются еще по буквенной

Ну а теперь по поводу современных, так называемых «арабских» цифр. Они представляют собой не что иное, как буквы индийского алфавита, принесенные арабами в Испанию в XII—XIII веках нашей эры, во времена активного распространения ислама. Из Испании использование арабских чисел распространилось и по всей Европе. Хотя первые записи арабско- индийскими цифрами встречаются в испанских рукописях еще в X веке, десятичная система начинает закрепляться в Европе только начиная с XII века. Самое интересное то, что сами арабы этими «арабскими» цифрами не пользуются. Новая нумерация в Европе встретила ожесточенное сопротивление как со стороны официальной схоластической науки того времени, так и со стороны отдельных правительств. Так, например, в 1299 году во Флоренции купцам было запрещено пользоваться новыми цифрами, в бухгалтерии приказано было либо пользоваться римскими цифрами, либо писать числа словами. В начале XVII века новая нумерация проникает в Россию, но православная церковь встречает ее в штыки и объявляет новую нумерацию колдовской и безбожной. Закрепилась десятичная нумерация в России только после издания в 1703 году знаменитой «Арифметики» Магницкого, в которой все вычисления в тексте производились исключительно с использованием десятичной системы счисле-