Студопедия.Орг Главная | Случайная страница | Контакты | Мы поможем в написании вашей работы!  
 

Красная Линия. часть 2 23 страница



Что я теперь буду делать? Как я объясню 6-летний перерыв в моей рабочей деятельности, когда буду проходить собеседование? Мне 26 лет, и я ничего не умею. Может устроиться официантом? Я всё еще не знал, в какой город мы переедем, так что я не был уверен в своих возможностях. Может это будет маленький городок, где нет работы.

Я наконец задремал, заставив себя перестать беспокоиться. Моё раненое плечо совсем не болело, и я был рад, что болеутоляющие всё еще действовали. Я также рад, что у них не было наркотического эффекта. Я не хотел вести себя как идиот, когда Белла была в таком состоянии. Я не хотел быть для неё обузой.

Потом я снова подумал о Чарли. Он теперь точно будет меня ненавидеть. Почти также, как я ненавижу себя за то, что вовлек его в эту ситуацию.

Не то, чтобы он любил меня до прошлой ночи. Испортит ли это что-то между мной и Беллой? Нет. Я решил не допустить этого. Я буду стараться изо всех сил, чтобы заслужить дружбу с Чарли. Я сделаю что угодно, чтобы он простил меня. Я буду везде носить его на руках, если это как-то исправит отношения между нами.

Вернется ли он в Форкс? Или может уедет с нами? Если мы будем участвовать в программе по защите свидетелей, он и Белла смогут уехать со мной, Кэти, Беном и Анджелой, куда бы нас не отправили. Ему придётся. Я не мог представить, чтобы Белла оставила Чарли, который больше никогда бы не увидел её, не смог поговорить с ней, и не знал, где она находится. И я не могу позволить Белле потерять отца из-за меня. Она возненавидит меня со временем. Ему нужно уехать с нами.

Потом я подумал о Кэтрин и Джозефе. И что-то внутри меня снова заболело. Я только что вернул их в свою жизнь. Я не могу просто исчезнуть теперь. Я представил, как буду говорить им... что никогда больше не смогу увидеть их. Кэтрин... я разобью её сердце. Она никогда не смирится с этим. Она не отпустит меня. Зная её, она скорее вооружится до зубов и отыщет каждого человека на стороне Виктории, чем позволит мне исчезнуть. Джозеф был очень тихим, а Кэтрин - совершенная противоположность ему. Он будет расстроен, обнимет меня и пожелает удачи, и это будет так же болезненно, как и протесты Кэтрин.

Одно я знаю точно, это еще не конец. Но главный злодей убит. Теперь нам осталось найти выход из этой темноты. Хорошо, что у меня есть свет. Беллы - мой свет. Я знал, что с ней я буду в порядке.

Мы справимся. Я справлюсь. Я поклялся всем сердцем, что справлюсь.

Белла приподняла свою ногу и закинула её на мои, и это было так, словно мне в капельницу добавили успокоительного. Я почувствовал, как спокойствие разливается по моим венам... и я снова заснул, с улыбкой на лице... рядом с моим ангелом.

С нами всё будет хорошо. Я знаю.

BPOV

Мне наконец разрешили увидеть Чарли. Не знаю почему, но я боялась заходить в палату. Что я скажу? Или может просто обнять его? А он позволит? Что, если он оттолкнет меня?

С Эдвардом всё было хорошо. После нашего тихого часа, я принесла ему вишневый коктейль, и он чуть с ума не сошел. Я получила крепкие объятья и поцелуи за это. Еще я принесла его майку, которою подарила ему, когда изменила Правило №1, и уютные фланелевые штаны. Я люблю его обнаженное тело, но мне не хотелось, чтобы мед. сестры таращились на него.

Он мой. Никто другой больше не увидит это великолепное тело. Только я.

Он был таким счастливым, когда я одела его и поднесла соломку к его губам, наблюдая, как он пьёт густой, вишневый сок. Его так легко ублажить. Когда он увидел этот коктейль, было такое ощущение, что я подарила ему Феррари. И он не прикидывался. Он был по-настоящему счастлив. Каждый знак внимания был для него таким же драгоценным, как воздух. Я сделаю так, чтобы он привык к этому. Я пообещала, что наполню его дни этими маленькими 'я тебя люблю', которые могут быть сказаны без слов.

Я раскрыла рот, когда он активно начал сосать напиток через соломку. Я могла смотреть на это весь день.

Боже, мне нужна помощь.

Я очень осторожно постучала в дверь и, после небольшой паузы, услышала его хриплый голос.

"Заходите", - проворчал Чарли.

Я сглотнула, вздохнула, и заставила себя открыть дверь и зайти внутрь.

Я остановилась на пороге, как дальний родственник. Я заметила, как он бросил подушку на свою ногу... точнее... на то место, где должна быть его нога, когда я вошла. Я боялась смотреть туда и отвела взгляд. Но потом мне стало стыдно, за то что я не была сильной для него. Я нужна ему сейчас.

Я посмотрела на его лицо и увидела там стыд. Я не могла понять этого. У него нет причины для этого. Так должно выглядеть моё лицо, не его.

Я думала, что он будет сердитым или будет ненавидеть меня, и я увижу это в его глазах. Но вместо этого, его взгляд смягчился, и он слегка улыбнулся мне.

"Привет, Беллс", - в его голосе всё еще были любовь и забота.

Я разрыдалась, бросилась к нему и крепко обняла его, мои слезы тут же намочили его зеленую робу. Его лицо было колючим, но мне было всё равно. Я плакала и сильнее прижималась к нему... он тоже обнял меня и поцеловал меня в висок.

"Да ладно тебе", - наконец сказал он, потирая мою сипну, его голос низкий и глубокий, "Давай без этого. Я в порядке. Отключай фонтаны".

В этом весь Чарли. Он ненавидит внимание. И он, как и Эдвард, ненавидит, когда я плачу.

Я выпрямилась, и вытерла слёзы рукавом.

Он вздохнул.

"Дерьмо случается", - сказал он, словно подведя итог, "Так мне и нужно за желание ввязаться в экшн. Будь осторожен в своих желаниях, - наверно это про меня".

Мой голос звучал как у 5-летней.

"Прости меня, папа", - хныкала я, прямо как наказанный ребенок. И потом я снова зарыдала, и Чарли закатил глаза.

"Эй", - прервал меня Чарли, и я посмотрела на него сквозь слёзы, "Хватит. Я жив. Ты жива. Мои молитвы услышаны. Мне нужно быть более конкретным в сделках с Богом в следующий раз. Я забыл вставить 'позволь мне сохранить все части моего тела'".

Это была его попытка пошутить, хотите верьте, хотите нет.

Он натянуто улыбнулся, и я засмеялась сквозь слёзы.

"Это моя девочка", - он улыбнулся шире. Храбрейший и сильнейший человек, которого я знала. Черт возьми, как же я уважаю его.

Я снова начала вытирать глаза, когда он спросил, "Как все? Мне сказали, что с остальными всё в порядке".

"О", - я глубоко вздохнула, "Ага. Эммет здесь, с ним всё хорошо. Джаспер, Элис и Розали тоже в порядке".

Я чуть не сказала ему про Эдварда, но не знала, хотел ли он слышать о нем. Я боялась того, что он думал о нем теперь.

"И..." - он подождал, приподняв брови, "Как Эдвард?"

"Хорошо", - я задрожала, "Он потерял немного крови, но Эммет помог ему с этим. Он в сознании, и с ним... всё хорошо. Он уже ведет себя как обычно".

Как обычно. Я знаю его всего две недели.

"Хорошо", - ответил он, глядя в окно слева от себя.

Доктор Белла неожиданно проснулась и осмелилась спросить.

"Как ты теперь относишься к нему, пап?" - мне было безумно страшно, "Ненавидишь его?"

Он протяжно выдохнул, и я уставилась на черные волоски на его руке, боясь посмотреть ему в глаза.

"Нет, Белла, я не ненавижу его", - прямо сказал он, "Он защитил тебя от пули. Я никогда не смогу ненавидеть его. Я сам решил помочь. Я хотел помочь ему. Я коп. Это моя работа. Просто теперь мне нужно много чего обдумать. Кажется, Бог решил, что я слишком долго скучал. Он решил подкинуть мне новых событий. Это жизнь, Белла. Лучше я буду без ноги... но не увижу, как ты будешь кидать розу в яму, оплакивая этого парня".

Я сморгнула новые слёзы, не в силах сказать что-либо. Казалось, моё горло было передавленно.

"Я люблю тебя, папочка", - прокаркала я, всхлипывая и вытирая глаза.

"Я люблю тебя, малыш", - нежно сказал он.

Я взяла его за руку, и он крепко сжал мою.

"Я уеду в Форкс, как только эти остолопы выпустят меня", - прямо сказал Чарли.

Я нахмурилась, обдумывая его слова. В моей голове возникло множество вопросов, но у меня даже не было времени, чтобы отсортировать их.

"Белла, я хочу, чтобы ты поехала со мной" - твёрдо сказал он, глядя вникуда прямо перед собой.

Казалось, мне дали пощечину. Он хотел, чтобы я уехала с ним. И как я теперь могу отказаться? А что на счет колледжа? Эдварда?

"Я не собираюсь учавствовать в программах по защите", - продолжил он, убивая меня каждым словом, "Я коп, шеф полиции. Мне ненужно прятаться. Я знаю, как защитить себя. Я могу защитить тебя, Белла. Я хочу, чтобы ты была со мной".

Пораженная, я начала запинаться и путаться в словах.

"Пап..." - ахнула я и всхлипнула, "Я... ты... я здесь учусь. Я здесь живу... Я не могу просто... почему ты..."

"В Форксе есть колледж", - сказал Чарли, всё еще глядя куда угодно, но не в мои глаза, "И честно говоря, я думаю, что ты слишком многому научилась в Нью-Йорке. Ради Бога, Белла, тебя чуть не похитил твой преподаватель! Он приковал тебя цепями и-- Это больной город. Больная жизнь. Даже Эдвард сказал так, когда просил забрать тебя домой. Даже он хочет для тебя лучшей жизни, чем эта".

"Это было раньше!" - я снова начала плакать, "Он любит меня! Я люблю его! После всего, что мы пережили... теперь мы наконец-то можем быть вместе. Я сказала, что не брошу его. Мы все должны участвовать в программе!"

Мои слова были жалки, я говорила словно 16-летняя девочка, но ничего не могла с этим поделать. Мои чувства выливались наружу, так искренне, насколько возможно. Его выражение лица было теперь таким холодным... несколько минут назад он любил меня и улыбался мне. Я ненавижу его. Какая-то часть меня глубоко внутри ненавидела его за то, что он пытался встать между мной и Эдвардом. Но в то же самое время, я не могла ненавидеть его. Он спас Эдварда. Спас Эммета. Он потерял свою ногу, свою жизнь... ради них... ради меня. Как я могу отказать ему теперь хоть в чем-нибудь?

Он знал, что я не могу. Поэтому он и просил. Но как я могу согласиться?

"Если ты будешь участвовать в программе с ним... " - сказал Чарли, его голос и лицо словно камень, "Может быть я никогда не увижу тебя. Ты никогда не увидишь меня. Эта программа на всю жизнь, Белла. Ты выйдешь за него, родишь детей... и я никогда не увижу их... никогда. Я умру, ничего не зная о тебе... один".

Я вскрикнула и отвернулась от него, и затем в ярости резко развернулась обратно.

"ЗАЧЕМ ТЫ ДЕЛАЕШЬ ЭТО СО МНОЙ?" - закричала я и потом притихла и продолжила тихо плакать, "Как ты можешь заставлять меня выбирать? Я не могу! Это не честно, пап, это НЕ СПРАВЕДЛИВО!"

"Жизнь не справедлива, Белла", - сказал он, без эмоций в голосе, "Я давно тебя этому научил. Мы потеряли твою маму, когда тебе было 10. Это было не справедливо, но это случилось. Я не хочу теперь потерять тебя. Ты - это всё, что у меня есть".

Рыдая, я подошла к окну и смотрела на машины, и траву, и небо, но видела только лицо Эдварда.

"Мне жаль, Белла", - сказал он, спустя несколько минут, позволив мне немного поплакать, "Я не хочу причинять тебе боль. Я хочу, чтобы ты была счастлива. Он не сделает тебя счастливой, Белла. Он не может. Он может хотеть этого, любить тебя... и я уверен, это так... но... он... сломлен. Я вижу это каждый день. Он прошел через ад, потом вернулся и снова прошел через ад. Он безнадёжен, Белла. Он так долго жил в этом мире, он привык к нему. Он не может просто забыть обо всем и быть нормальным. Ты тоже это знаешь, изучая психиатрию. Скажи мне, что я не прав".

Я задыхалась, ненавидя каждое его слово. Я никогда не смогу согласиться с ним. В конце концов, он говорит об Эдварде. Я хотела причинить ему боль. Так же, как он причинял боль мне. Не физическую... но более глубокую.

Будучи копом, Чарли очерствел, он перестал верить в то, что человек может измениться и начать всё сначала.

Но потом я вспомнила, что он потерял мою маму, она умерла от рака груди. Он уже был глубоко ранен, и там, где всегда жила любовь... теперь было пусто. Я не могла поверить, что он заставлял меня испытать ту же потерю, что пережил он. Он сильно изменился после того, как мама умерла... и я навсегда изменюсь без Эдварда.

"Я лечу сломленых, пап. Это то, что я делаю!" - чуть ли не прорычала я, глядя на закат.

Сумерки. Время, когда Эдварда озарило на корабле... когда он решил изменить свою жизнь и сражаться, несмотря на опасности. Когда он стал сильным. Сейчас я молила Бога о той же силе.

"Лечить людей - это твоя карьера, а не твоя личная жизнь", - заявил Чарли, "И ты всё еще учишься. Ты еще не так хороша, чтобы излечить его и его проблемы. Теперь ему нужен настоящий психиатр. Ты не должна играть с этим, Белла. Если ты сделаешь что-то не так, последствия могут быть губительны... для него... и для тебя".

"Он никогда не причинит боль МНЕ!" - вспылила я, повернувшись к нему.

"Белла, я ВИДЕЛ это!" - закричал он, "Люди в депрессии цепляются за кого-нибудь - КОГО УГОДНО - до тех пор, пока не всплывут над водой! Они даже не думают о том, как тащат тебя вниз! Когда его проблемы станут слишком тяжелыми, когда у него не получится жить в нормальном мире, он сломается! Он любит тебя, потому что думает, что у тебя есть лекарство от этого! С тобой он чувствует себя здоровым. Да и почему нет, другие женщины в его жизни только причиняли ему боль и использовали его. Для него это не настоящая любовь, Белла. Я сомневаюсь, что он вообще знает теперь, что такое настоящая любовь. Он проникся к тебе, потому что думает, что ты можешь исправить его. И когда ты не сможешь, он может забрать тебя с собой, также, как Виктория чуть не забрала его!"

"ТЫ НИЧЕГО НЕ ЗНАЕШЬ О НЕМ!" - закричала я, "Он самый нежный человек из всех, кого я знала!"

"Я не говорю о сексе, Белла", - Чарли сжал зубы, "И да, я слышал о том, как Мистер Нежный привязал тебя к стулу и отшлёпал. Господи Боже, я купил тебе эти стулья, Белла!"

Я вздрогнула, не понимая его.

"И что, ты хочешь вернуть деньги?" - спросила я, и он сильнее нахмурился.

"Слушай", - вздохнула я, "Пап, я женщина. Взрослая женщина. Я занимаюсь сексом. Занимаюсь любовью. В этом нет ничего плохого. Секс - не грязное занятие... и оргазмы - не преступление. Эдвард научил меня этому. И я рада. Ты не заставишь меня чувствовать стыд за то, что я занимаюсь любовью с Эдвардом. Это тебя не касается".

"Ты не можешь выйти замуж за первого человека, кто занимался с тобой любовью, Белла", - Чарли покраснел на этих словах, "Ты такая молодая. Ты должна подрасти еще, твои вкусы изменятся с возрастом. Ты перерастешь его. Я не хочу плохо говорить о нем, но он научил тебя паре новых трюков. Он впервые заставил тебя... чувствовать. Поэтому тебе кажется, что ты любишь его. Но для брака нужно больше, чем потрясающий секс. Гораздо больше. Если ты останешься с ним, это плохо закончится. Пожалуйста, Белла, послушай меня. Я знаю тебя. Я знал тебя всю твою жизнь. Да, разлука с ним причинит тебе боль, я знаю. Первая любовь всегда ранит".

"Нет" - я отвернулась, стараясь не слушать его, слёзы не переставая катились по моему лицу.

"Тебе даже ни разу не разбивали сердце. Это часть взросления. Но со временем станет легче", - теперь он говорил мягче, "У тебя будут хорошие новые друзья. И ты снова влюбишься".

"Прекрати, пап", - попросила я сорвавшимся голосом.

"Я знаю, тебе кажется это невозможным, но это правда", - пообещал Чарли, "Ты можешь найти хорошего парня в Форксе. Получить образование. Открыть свой офис. Завести семью. Тебе не придется постоянно склеивать своего мужа по частям, надеясь, что он не развалится. У тебя будет достаточно этого напряжения, будучи доктором. Тебе не захочется испытывать это в личной жизни, в любви".

Я закрыла глаза, не желая даже представлять свою жизнь без Эдварда. Меня тошнило от этого.

"Позволь мне сказать это иначе, Белла", - сказал он, его голос снова был пустым, "Я потерял ногу. Я возвращаюсь в Форкс. Это мой дом. Это наш дом. Ты нужна мне, Белла. Пожалуйста... я... не знаю, справлюсь ли я в одиночку".

Голос моего отца дрогнул. Он никогда не дрожал. Я повернулась к нему и, первый раз в своей жизни, увидела страх в его темных глазах. Это было не только о том, чтобы уехать с Эдвардом или бросить его... ему было страшно. И он нуждался во мне. Он никогда раньше не говорил мне этого.

Я задрожала и посмотрела в окно... вцепившись в занавеску... и мне было так холодно. Так одиноко.

BPOV

«Так, держись за меня…» - сказала я, помогая Эдварду зайти в вестибюль моего дома. Я закинула его здоровую руку себе на плечи, мне хотелось, чтобы он сильнее опирался на меня. Мы проигнорировали почтовые ящики и направились к лестнице.

«Белла, с моими ногами всё в порядке», - усмехнулся он, «Не то, чтобы мне это не нравилось».

Он наклонился и, улыбнувшись, потёрся носом о мою щеку и поцеловал её. Боже, это было так великолепно, я чувствовала этот поцелуй даже в пальцах ног!

Я засмеялась, мне было так чертовски хорошо от того, что я наконец-то привела его домой.

«Не хочешь взять почту?» - Эдвард указал на почтовые ящики рукой, которая была закинута мне на плечо.

Я улыбнулась ему, глядя на эту маленькую дьявольскую улыбку на его влажных губах.

«Всему своё время. Маленькими шажками», - напомнила я, «Тебя только что выписали, Самец. Думаю, если ты сейчас попытаешься напасть на меня, ты только причинишь боль себе».

Он захныкал словно ребенок, которому не дали конфету. Мы начали подниматься по лестнице, и будучи вредным придурком, он переступал на следующую ступеньку, только когда обе его ноги были на предыдущей, он на самом деле делал маленькие шажки, его улыбка говорила о том, что он ждёт моей реакции.

«Кстати, я слышала историю про Самца», - ухмыльнулась я, приподняв бровь.

«О, Боже!» - вздрогнул Эдвард, и его лицо порозовело. Он краснеет?

«Было очень интересно», - дразнила я, «Даже те части, что были приличными».

«Заметка на будущее:», - он продолжал медленно подниматься, «Стереть историю про Самца из памяти Беллы».

«Я могу себе представить… как ты занимаешься своими делом с этими маленькими ушками на голове», - я приподнялась и поцеловала его прямо под ухом, и он слегка застонал. [я не помню, говорила ли… Thumper, который Самец, - это зайчик из Бэмби. Он всегда ногой стучал. Ну и я думаю Эдвард тоже… стучал… в своем роде… только внутрь... и не ногой thump вообще значит «биться», «ударяться».]

«Эммет надел их на меня», - сказал он, «Я был прикован цепями и не мог их снять».

«Я знаю», - сказала я, пытаясь забыть сексуальные подробности. Я ненавидела представлять Эдварда против Эммета в соревновании в сексе на Хэллоуин. Это была извращенная идея Виктории, поставить двух её любимчиков против друг друга, женщины выстраивались друг за другом и ждали своей очереди. Ставлю десять баксов, вы не сможете угадать, кто выиграл это маленькое соревнование.

Да, Франкенчлен рулит! Но так как всё это время на Эдварде были маленькие смешные заячьи ушки, женщины начали звать его Самец, с двойным смыслом. И я уверена, его ушки не были единственной причиной его прозвища.

Думаю, именно тогда Виктория начала предпочитать Эдварда Эммету. Согласно Эммету, тогда было много маленьких соревнований между ними. Эммет сам сказал мне, что Эдвард был машиной. Он всегда выигрывал. Но он никогда не зазнавался. Всегда был хорошим другом.

«Моя жизнь была такой отвратительной до тебя», - сказал он, в его голосе не было грусти, он был доволен, «На этот Хэллоуин мы пойдем пугать людей вместе с Кэти. Не могу дождаться. Может на этот раз ТЫ будешь маленьким зайчиком».

Я улыбнулась, мне нравилась эта идея. Он поцеловал мои губы, когда мы уже почти поднялись до моего этажа.

«Маленький беленький зайчик… с пушистым хвостиком», - продолжал представлять он. Мужчины.

Я почувствовала, что его тело ниже пояса было живым и здоровым и никак не затронуто пулевым ранением. Вообще-то после нескольких дней без какой-либо активности, я боялась, что Франкенчлен накинется на меня в ту же секунду, как мы войдем в мою квартиру.

Ну… не то, чтобы БОЯЛАСЬ… просто надеялась.

«И кем будешь ты?» - спросила я, представляя его в костюме волка, как он нападет на меня сзади в лесу. Или может в костюме охотника?

«Хмммм…» - задумался он, «Не знаю… может в этом году для разнообразия я просто буду собой, кем бы я ни был».

Он снова поцеловал меня, и мой желудок стал легким и мягким.

«Мне нравится эта идея», - одобрила я, «Не могу придумать ничего более сексуального, чем этот костюм».

«Белла Свон…» - улыбнулся он, целуя меня, и я целовала его в ответ, «Мне кажется, ты пытаешься меня соблазнить».

«Еще нет», - я приоткрыла рот и слегка прикоснулась своим языком к его, «Подожди пока мы не зайдем внутрь».

«Мммм…» - целовал он меня между словами, «Что… ты собираешься… сделать… со мной?»

«О, это будет ужасно…» - я схватила его за майку и сжала её в кулак, направляя его к своей двери, мои губы открывались и закрывались на его сладких, сахарных губах.

«Ты будешь сражаться как животное, но…» - я снова поцеловала его, «Ты не спасешься от меня…»

«Я не могу сопротивляться как следует», - он позволил мне подвести его к двери, и теперь я по-настоящему поцеловала его, «Я такой слабый и беспомощный».

Он дернул своим раненым плечом, и я резко схватила его за шею и, повернув его голову, начала целовать его мускулистую шею, кусая и облизывая…

«Блядь!» - задыхался Эдвард, он уронил свою сумку на пол и начал работать руками.

Его пальцы впились в мою задницу, и мы целовались как безумные, не прерываясь, чтобы передохнуть. Потом он начал грубо водить пальцами между моих ног, и я вскрикнула, я слишком долго была без этих пальцев.

Я сильнее раздвинула ноги и начала тереться об него, чувствуя его через джинсы.

Эдвард вздрогнул и зашипел, когда я прервала поцелуй только, чтобы наклонить голову на другую сторону, и снова накинулась на него.

Мы еще даже не открыли дверь. Ключи лежали в моей сумке, и я не собиралась искать их сейчас.

Его пальцы отчаянно начали расстегивать мои джинсы, и, кажется, он сломал молнию, когда резко дёрнул и начал спихивать их с меня. Мои трусики остались на месте, но ненадолго. Он снова неудовлетворенно проворчал и сдернул из вниз, ворча под нос что-то похожее на «не останется никакого нижнего белья, когда я закончу».

«Белла…» - он снова поцеловал меня, и я не стыдилась и не пыталась прикрыть своё обнаженное тело в коридоре. Никто сюда не придет, моя квартира единственная на этом этаже. А даже если кто-то придет, мне всё равно. Сейчас мне нужен Эдвард. И мне не стыдно.

«Давай же», - теперь я сдергивала его джинсы, расстегивая их так быстро, насколько возможно.

Эдвард простонал, наблюдая и наслаждаясь тем, как я срываю с него одежду. Я была готова так же прокомментировать его нижнее белье, но его не было. Я возблагодарила ангелов за то, что они не позволили мне прищемить кожу Эдварда молнией, когда я яростно пыталась расстегнуть её. Мне нужно запомнить, что он не носит нижнее белье. Нужно быть более осторожной в будущем.

Теперь, когда его член был обнажен, он громко застонал с облегчением, возбужденный до предела.

Он сполз вниз по двери и сел на пол, притянув меня вниз, так чтобы я села на него.

Я посмотрела вниз на его обнаженное тело, и почувствовала, как всё моё тело вспыхнуло. Уверена, я покраснела, но мне было всё равно.

«Белла…» - он поцеловал меня, готовый заняться делом прямо здесь, перед моей дверью.

Может он думал, что я колеблюсь, потому что мы были в коридоре. Но это не так. Мысль о том, что мы займемся этим прямо здесь, так близко к людям, посреди дня, возбуждала меня.

«Трахни меня, Белла…. Трахни меня, пожалуйста…» [:/// всё-таки английское fuck me куда более… сексуально? Даже изящнее как-то…], - прошептал он, умоляя меня. Я не могла поверить в это. Он умолял меня? Какую лотерею в раю или аду я выиграла?

Может он забыл.

«Эдвард…» - я поцеловала его сильнее, «Ты забыл… презерватив».

В тумане страсти, продолжая целовать меня, он простонал, «Ты хочешь, чтобы я использовал его? Я надену, если ты хочешь…»

Не поняла.

«Ты же всегда ими пользуешься», - я поцеловала его, «Ты сказал… чего ты хочешь, Эдвард?»

Мне всегда приходилось вытягивать из него слова, его желания. Он постоянно спрашивал меня, согласна ли я, чего я хочу. Мне нужно заставить его озвучивать его собственные нужды и желания. И тогда мы начнем узнавать настоящего Эдаврда Каллена.

«Я не хочу презерватив», - сказал он, словно маленький мальчик, касаясь своим языком моего, «Я хочу чувствовать тебя. Я не хочу, чтобы между нами что-то было… один раз… только один раз… но я понимаю, если ты хочешь защититься».

«Я пью противозачаточные», - сказала я, довольная, что он сказал мне, чего хочет. Он делает успехи. И он думает, что я не захочу заниматься с ним любовью без презерватива. Он был с кучей больных женщин. Но, как бы глупо это не звучало, я не боялась. И только с Эдвардом я могу отбросить предосторожность и быть с ним так, как он этого хочет. Я тоже этого хочу.

Он ждал, когда я решу и отвечу ему. И я любила его еще больше за это.

«Я хочу тебя внутри себя…» - прорычала я, наши поцелуи усилились, и он схватил меня за волосы, «Я тоже хочу чувствовать тебя. Твой горячий член…»

Мне не удалось закончить предложение.

Эдвард простонал и вцепился в мои волосы, дергая их до боли, но это только возбуждало меня еще сильнее.

И потом я почувствовала его головку на своем клиторе и начала двигаться на нем вверх и вниз. Эдвард застонал и открыл глаза, беззвучно спрашивая меня, в порядке ли я.

Я решила взять всё на себя и сделать то, о чем он просил меня. Трахнуть его.

«Да, я хорошенько трахну тебя», - я снова схватила его за майку и притянула к себе, вцепившись в его шею, его дыхание было тяжелым, его глаза полны страсти и желания, его твердый член пульсировал и содрогался.

Я схватила его, и он сдержал внутри крик, когда я начала дразнить его, двигая его член вверх и вниз.

Он уже долго был без секса, и я знала, что это убивало его. Он всхлипывал, как маленький щенок, и это сводило меня с ума.

«Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста….» - шептал он, закрыв глаза, вцепившись в мои ягодицы и подталкивая меня к себе.





Дата публикования: 2015-03-29; Прочитано: 205 | Нарушение авторского права страницы | Мы поможем в написании вашей работы!



studopedia.org - Студопедия.Орг - 2014-2024 год. Студопедия не является автором материалов, которые размещены. Но предоставляет возможность бесплатного использования (0.034 с)...