Студопедия.Орг Главная | Случайная страница | Контакты | Мы поможем в написании вашей работы!  
 

Язык, психика и мозг



Рядом с общим языкознанием, всегда уделявшим внимание проблемам связи языка и психики, во второй половине 20 в. утвердилась психолингвистика(или лингвопсихология) какотдельнаядисциплина, Она возникла в 50-х гг. в русле психологического направления и ставит своей задачей исследование процессов и механизмов речевой деятельности (порождения и понимания, или восприятия, речевых высказываний) в её соотнесённости с системой языка. Ей присуще стремление интерпретировать язык как динамическую, действующую, “работающую” систему, обеспечивающую речевую деятельность (речевое поведение) человека.

Внимание этой дисциплины направлено не на языковые единицы (звуки, слова, предложения, тексты) сами по себе, а на их психологическую реальность для говорящего человека, на их использование в актах порождения и в актах понимания высказываний, а также в усвоении языка. Она разрабатывает модели речевой деятельности и психофизиологической речевой организации индивида и осуществляет их экспериментальную проверку (в нашей стране коллективы исследователей во главе с А.А. Леонтьевым, И.Н. Гореловым, Р.М. Фрумкиной, А.А. Залевской и др.).

Если для прагматики, теории речевых актов, теории дискурса и т.п. в изучении единиц (от речевого акта до коммуникативного события) существенна их социальная предназначенность, то анализ речевых актов с точки зрения психолингвистической и нейролигвистической направлен, наоборот, на выяснение их психологической и физиологической природы, т.е. на раскрытие тех психических процессов, которые характеризуют порождение языковых высказываний и их распознавание, и на выявление тех неврологических механизмов, которые обеспечивают протекание этих процессов.

Речевые акты могут характеризоваться как акты говорения и как акты слушания (аудирования), а также как акты письма и как акты чтения. В совокупности они составляют то, что называется речевой деятельностью. Речи в собственном смысле противостоит внутренняя речь, которая имеет место при мыслительном решении каких-либо интеллектуальных задач. Её характеризуют и собственные синтаксические закономерности, и использование неречевых средств (образов, схем). Она генетически восходит к внешней речи. Внутреннюю речь принято отличать от внутреннего проговаривания (речи “про себя”, беззвучной речи) и внутреннего программирования (создания плана будущего высказывания). Собственно речь подразделяется на устную и письменную, причём каждая из этих разновидностей обладает своими экспонентами и своими конструктивными особенностями. Далее, собственно речь разделяется на диалогическую и монологическую, причём генетически первичной является устная речь.

С внешней стороны процесс порождения и восприятия речи выступает как последовательность следующих: явлений: некое событие, исходное положение дел > акт говорения > действие, которое последовало за актом говорения. Исходное событие оказывается стимулом для акта высказывания, а само высказывание — реакцией на высказывание. В свою очередь, высказывание играет роль стимула для последующего действия.

От внешне наблюдаемых фактов исследователь переходит к поиску внутренних механизмов. Обычно выделяются следующие этапы порождения высказывания, осуществляющиеся во внутренней речи: осознание говорящим стоящей перед ним потребности в достижении определённого практического результата и мотива коммуникативного действия; формирование коммуникативного замысла, включающее в себя: внутреннее программирование, а именно выдвижение коммуникативной интенции, выбор общей структуры высказывания, возглавляемой определённым предикатом и содержащей необходимые актанты, отнесение высказывания к данной предметной ситуации, выбор нужных слов, замещающих предикатную и актантные позиции; лексико-грамматические операции по развёртыванию высказывания; фонолого-фонетическую проработку частей высказывания и моторную реализацию высказывания, готовое высказывание.

Речевые механизмы, обеспечивающие порождения высказывания на каждом очередном этапе, являются психофизиологическими. Так, построение общей схемы высказывания (пропозициональной, или предикатно-аргументной, структуры) выполняется в передней речевой зоне коры головного мозга, поиск смысловых, грамматических и фонолого-артикуляционных элементов программы и их развёртывания в цепь, соотнесение темы и ремы высказывания осуществляется речевыми механизмами задней части коры мозга.

Восприятие речи слушателем опирается на те же этапы, что и порождение речи, но начинается с распознавания фонем и словоформ. Слушатель — такой же активный участник речевого общения, как и говорящий. Если при порождении речи синтаксические процессы имеют отправной точкой предикат, т.е. порождение речи следует синтаксису зависимостей, то в восприятии предложения значительную роль играет механизм анализа по непосредственно составляющим, когда вначале выделяются группа подлежащего и группа сказуемого. Меньшее количество времени требуется для восприятия предложений активных, но не пассивных, положительных, но не отрицательных, пассивных утвердительных, но не пассивных отрицательных, правдоподобных, но не неправдоподобных.

Необходимые для таких эмпирических заключений психолингвистические эксперименты скорее являются психологическими, ежели лингвистическими.

Психолингвистика решает свои практические задачи в тех условиях, когда методы “чистой” лингвистики недостаточны. Особое внимание уделяется речи в условиях тех или иных помех, к общению в затруднённых по тем или иным причинам условиях, в нестандартных ситуациях: детская речь, речь при различного рода патологиях, речь на иностранном языке при недостаточном его знании, речь в состоянии эмоционального возбуждения, коммуникация при помехах в канале связи или в искусственных человеко-компьютерных системах, общение в условиях использования “нестандартных” форм данного языка — просторечия, сленга, жаргона, местного говора.

Психолингвистика исследует следующие проблемы: психолингвистические единицы восприятия речи, этапы порождения и понимания речевого высказывания, обучение языку (особенно иностранному), речевое воспитание дошкольников и вопросы логопедии, а также (в контакте с нейролингвистикой) клиника центрально-мозговых речевых нарушений, диагностика нервных заболеваний на основе наблюдений над речью, в союзе с социолингвистикой, прикладной лингвистикой проблемы речевого воздействия (пропаганда, деятельность средств массовой информации, реклама), лингвистические аспекты авиационной и космической психологии, а также судебной психологии и криминалистики, вопросы организации внутреннего лексикона человека, совместно с компьютерной наукой и когнитологией проблемы машинного перевода, проблемы диалога человека и компьютера, автоматическая обработка текста, информатика, теория и практика искусственного интеллекта.

Психолингвистика как стыковая наука близка по предмету исследования к лингвистике, а по методам к психологии (обычное наблюдение с записью его результатов на магнитофон, видеоплёнку или бумагу или с использованием принадлежащих испытуемым лицам сочинений, дневников, писем и т.п.; эксперименты на детекцию речевого сигнала, различение, идентификацию, интерпретацию (аналогичные экспериментам в психологии и в фонетических исследованиях щербовской школы); свободный ассоциативный эксперимент, направленный на исследование отдельных слов или групп слов и позволяющий установить для слов их ассоциативные поля, внутри которых выделяются связи-ассоциации парадигматические, синтагматические и тематические; направленный ассоциативный эксперимент, вводящий ограничения либо в сам стимул, либо в экспериментальное задание; методика “семантического дифференциала” Чарлза Осгуда, предполагающая оценку стимула в каких-либо признаках на основе заданных экспериментатором шкал и находящая применение не только в исследовании отдельных слов, но и звуков одного языка, корреспондирующих звуков разных языков и даже целых текстов — радиорепортажей, научно-популярных и поэтических текстов; вероятностное прогнозирование, позволяющее оценить субъективную частотность отдельных слов и её влияние на распознаваемость в условиях помех; индексирование текста путём выделения в нём ключевых слов, установления их частот и выделения малого, среднего и большого наборов ключевых слов, отражающих соответственно основную тему текста, ситуацию взаимодействия между его “героями” и основное содержание текста).

В психолингвистике сочетаются естественнонаучный и социальный подходы. Она находится, как уже отмечалось, в тесных контактах с нейролингвистикой, когнитивной психологией, когнитологией, информатикой, теорией и практикой искусственного интеллекта, социальной психологией, социолингвистикой, прагмалингвистикой, анализом дискурса. Появляются новые дисциплины стыкового характера (этнопсихолингвистика, социопсихолингвистика, психолингвистика текста и т.п.). В психолингвистике разрабатываются проблемы, затрагивавшиеся в прошлом В. фон Гумбольдтом, А. Шлайхером, Х. Штайнталем, А.А. Потебнёй, В. Вундтом, А. Марти, К. Бюлером, Дж. Дьюи, С. Фрейдом, Р. Юнгом, Ж. Пиаже, Ф. Кайнцем, Г. Гийомом, И.П. Павловым, Л.С. Выготским, Р.О. Якобсоном, А.Н. Гвоздевым.

О возникновении психолингвистики официально было объявлено в 1953—1954 гг. в США на совместном семинаре специалистов по психологии, лингвистике и теории информации (Чарлз Эджертон Осгуд и Томас Алберт Себеок, «Psycholinguistics: A survey of theory and research problems», 1954). Участники семинара сделали попытку опереться в лингвистическом плане на дескриптивную лингвистику. Затем психолингвистика стала опираться на трансформационную порождающую модель Н. Хомского и после этого на когнитивную лингвистику. Соответственно происходил переход от исследования отдельных слов к изучению предложений в трансформационном аспекте и в конечном итоге к тексту (дискурсу). Первоначальной опорой американской психолингвистики были психологические необихевиористские концепции Ч. Осгуда, Дж.А. Миллера, Д.И. Слобина и др., а затем когнитивная психология и в целом когнитология, изучающая структуры знаний (когнитивные структуры). В 80-х гг. разрабатываются модели параллельной обработки информации в связанных в единую сеть системах.

Отечественная психолингвистика (первоначально теория речевой деятельности) ориентируется на психологические и неврологические теории Л.С. Выготского, А.Р. Лурия, А.Н. Леонтьева, Н.И. Жинкина и на лингвистическое идеи Л.В. Щербы, Л.П. Якубинского, М.М. Бахтина, С.Д. Кацнельсона, Л.Р. Зиндера. Отечественные психолингвистические школы имеются в Москве (А.А. Леонтьев, Т.В. Ахутина-Рябова, И.А. Зимняя, Р.М. Фрумкина, А.М. Шахнарович, Ю.С. Сорокин, Е.Ф. Тарасов, Т.М. Дридзе, А.И. Новиков), в Петербурге (Л.Р. Зиндер, В.Б. Касевич, Л.В. Сахарный, Т.И. Зубкова, А.С. Штерн), в Саратове (И.Н. Горелов), в Твери (А.А. Залевская и её ученики), в Перми (Л.Н. Мурзин и его ученики), в Краснодаре (С.А. Сухих и его ученики).

Активная разработка психолингвистических проблем ведётся в Германии, Франции, Польше, США и многих других странах.

В настоящее время психолингвистика во всё большей степени растворяется в когнитивной психологии.

Нейролингвистикакак научная дисциплина возникла в русле натуралистического (биологического) языкознания на стыке нейрологии (как раздела нейрофизиологии), психологии и лингвистики и изучает систему языка в соотношении с мозговым субстратом языкового поведения. Данные нейролингвистики важны для понимания механизмов порождения и восприятия речи. Нейролингвистика изучает корреляции между теми или иными видами расстройств речи и функциональными центрами коры головного мозга. Распознавание речи она описывает как последовательность процессов в направлении от периферии нервной системы к её центральным отделам, а порождение речи как последовательность процессов в направлении от центра к периферии.

Особое внимание она уделяет афазиям. К нарушению речи в целом ведёт поражение любого участка речевой зоны мозга. Однако характер нарушения зависит в первую очередь от функции пострадавшего участка. Выделяются три формы афазий, имеющий синтагматическую природу, при нарушении передней речевой зоны: динамическая афазия: нарушения на семантическом уровне (затруднения в построении смысловой схемы высказывания); синтаксическая афазия, аграмматизм: нарушения на синтаксическом уровне (затруднения в грамматической организации высказывания); эфферентная моторная афазия: нарушения а моторном уровне (затруднения в моторной кинетической организации речи).

Многообразны виды афазий, возникающих при повреждении других участков мозга. Можно привести лишь некоторые иллюстрации. Поражение задней речевой зоны нарушает операции парадигматического выбора речевых единиц. Если поражены нижние отделы теменной доли возникает афферентная моторная афазия, ведущая к затруднениям в выборе слов, сдвигами в артикуляции. Если поражены височные отделы левого полушария, возникают затруднения в идентификации слов.

Нейролингвистика занимается также и неафазическими расстройствами речи (речевые агнозии и апраксии, дизартрии, алексии и аграфии).

Нейролингвистика скорее является медицинской, а не лингвистической областью. Её методы по преимуществу клинические.

История этой дисциплины достаточно велика. Она располагает эпизодическими наблюдениями расстройств языкового поведения при очаговых нарушениях мозга с эпохи средневековья. Их систематическое изучение началось во второй половине 19 в. Внимание к фактам языковой патологии проявлялось со стороны А. Шлайхера, Г. Вернике, И.А. Бодуэна де Куртенэ, оно было успешно продолжено в трудах В.А. Богородицкого, Л.В. Щербы, Р.О. Якобсона и др.

В современной науке обращение к роли биологических факторов стало частым (Э.Х. Леннеберг, У. Пенфилд и Л. Робертс и др.), с тем чтобы понять процессы глоттогенеза, функционирования и развития человеческого языка. При этом не исключается учёт данных социологии, антропологии, этнологии, психологии, палеоневрологии, исторической типологии языков, семиотики, кинесики. Множатся попытки найти аналогии в строении многоуровневой системы языка и многоуровневой структуры генетического кода (Р.О. Якобсон, Вяч. Вс. Иванов). Проводятся многочисленные наблюдения над сигнальным поведением животных и опыты их обучения человеческому языку.

Развитие нейролингвистики как специальной дисциплины о системном строении высших психических функций и наличии корреляций между строением языковой системы и нейрофизиологическими нарушениями языкового поведения (афазиями) раскрывается в работах Т. Алажуанина, А. Омбредана и М. Дюрана, К. Конрада, К. Брэйна, Ф. Гревеля, Р. Юссона и Ю. Барбизе, К. Кольмайера, А. Лайшнера, П.М. Милнера, А.Р. Лурия (1902—1977), который опирается на работы Л.С. Выготского, И.П. Павлова и П.К. Анохина; в исследованиях В. Пенфилда и Л. Робертса, Е.Н. Винарской, Т.В. Ахутиной. Ими описываются различные фонологические, грамматические, лексические и семантические расстройства. Нейролингвистика проявляет также интерес к неафазическим формам расстройств языкового поведения (речевые агнозии и апраксии, дизартрии, алексии и аграфии).

В нейролингвистике изучаются психофизиологический механизм языкового отражения действительности (в том числе распознавания речи), механизмы интеграции знаковых комплексов, поступивших от разных анализаторов мозга, и процессы языковых обобщений. В ней исследуются механизм языкового поведения (в том числе порождения речи) и работа систем, сопряжённых с реализацией устной и письменной речи. Учитывается функциональная асимметрия полушарий мозга, обусловливающая преимущественную локализацию языковых обобщений и мышления в языковых понятиях в левом (доминантном) полушарии, а конкретно-образного мышления — в правом (субдоминантном) полушарии. Проводятся наблюдения над языковым поведением билингвов и полиглотов, страдающих очаговыми поражениями мозга. Но предписывается осторожное отношение к чисто лингвистическому диагнозу (без полного комплексного системного анализа) в клинической практике.

Исследования осуществляются на материале языков английского, немецкого, французского, русского, чешского, в последние десятилетия японского и др. Они доказывают общность нейролингвистических проблем. Исследования речевых нарушений у билингвов (и полиглотов) свидетельствуют о потере языковой компетенции (и соответственно её восстановления). Сперва эти нарушения проявляются в области неродного языка.

Нейролингвистика обладает своими методами. Часто предполагается вхождение нейролингвистики в качестве раздела в нейропсихологию, входящую, в свою очередь, вместе с нейрофизиологией в нейрологию. Учитываются связи нейролингвистики с психологией, психолингвистикой, психоакустикой, когнитологией, когнитивной лингвистикой, кибернетикой, семиотикой и т.д. Результаты нейролингвистических исследований влияют на более адекватное понимание биологических аспектов природы языка.

На стыке нейролингвистики, психолингвистики, прагматики, когнитивной науки и психоанализа возникла теория и технология нейролингвистического программирования, которая имеет целью изучение и применение способов оптимизации через речевое воздействие функционирования коры головного мозга, отвечающей за сознание, и центров, несущих ответственность за сферу подсознания.

Применяется эта технология в целях мобилизации (посредством направленного речевого воздействия) глубинных резервов мозга, необходимых при психотерапевтическом лечении психических расстройств. Она используется при необходимости изменить в оптимальную сторону поведение человека; при ведении ответственных переговоров, предполагающих не тактику “удара”, а методику податливого следования действиям оппонента и незаметного его привлечения на свою сторону (дипломатия, бизнес, политическая дискуссия); при подготовке публичных выступлений; в тестировании способностей человека; при необходимости переубедить человека, не поддающегося логическим доказательствам, с помощью “метафоры” (введение в подсознание пациента, погружённого в транс, некой картины фрагмента мира, где больному предлагается “навести порядок”). Нейролингвистическое программирование преподаётся во многих зарубежных бизнес-школах. Довольно близка к этой дисциплине психолингвистическая суггестология.

Социальные аспекты составляют сущность языка. Язык дан для взаимодействия в коллективе, для обеспечения совместной предметно-практической и познавательно-теоретической деятельности. Индивида язык делает социальным существом, языковой личностью, привязывая его к определённому социуму и его нормам поведения, включая и правила коммуникативного поведения, к опредёлённой этнической культуре, её системе запретов и разрешений, взглядов на мир, природу, человеческие ценности. В языке запечатлевается не только индивидуальная историческая память, но и память данной социальной группы, этноса, человечества в целом.

Психологические и в особенности нейрофизиологические (т.е. по существу биологические) аспекты образуют субстрат языка, обеспечивая его длительное хранение как целостной системы знаний, как языковой способности в памяти индивида и функционирование этой системы в коммуникативной и познавательности деятельности человека.

______________________________________________________________

ЛИТЕРАТУРА

Касевич, В.Б. Элементы общей лингвистики. М., 1977. С. 145—161.

ЛЭС/БЭС. Статьи: Арго. Афазия. Восприятие речи. Диалектология. Диглоссия. Жаргон. Женский язык. Идиолект. Коммуникация. Контакты языковые. Литературный язык. Нейролингвистика. Порождение речи. Психолингвистика. Речевая деятельность. Речь. Сепира — Уорфа гипотеза. Социальный жаргон. Социолингвистика. Этнолингвистика. Язык и мышление. Язык и общество. Языковая политика. Языковая ситуация.

Маслов, Ю.С. Введение в языкознание. Любое издание. Гл. I.1; V.1,V.2.

Мечковская, Н.Б. Социальная лингвистика. М., 1994.

Реформатский, А.А. Введение в языковедение. Любое издание. §§ 87—92.

Степанов, Ю.С. Основы общего языкознания. М., 1975. Раздел «Язык и общество».





Дата публикования: 2014-11-02; Прочитано: 1240 | Нарушение авторского права страницы | Мы поможем в написании вашей работы!



studopedia.org - Студопедия.Орг - 2014-2021 год. Студопедия не является автором материалов, которые размещены. Но предоставляет возможность бесплатного использования (0.005 с)...