Студопедия.Орг Главная | Случайная страница | Контакты | Мы поможем в написании вашей работы!  
 

Команда ликвидации 9 страница



Стреляю еще один выстрел из автогана и иду к нему, небрежно вгоняю пулю ему в лицевой щиток когда прохожу мимо.

Коридор короток, примерно пять метров, заканчивается входным отсеком, стены на другой стороне литые, за ними спрятан двигатель.

Дверь во входной отсек открыта и я вижу за ней движение.

Насколько я помню, в доковом отсеке есть еще одна комната, наподобие той, в которой я находился, от нее в кабину ведет дверь.

Вот где по-настоящему будет тяжко.

Нужно попасть в кабину, чтобы не убили, при этом оставить в живых или пилота или второго пилота.

А где-то там есть еще два охранника, я в этом уверен.

Стою на цыпочках, все мое тело готово мгновенно действовать.

Напряжение велико, скажу я вам, хотя не ощущается настоящего сражения.

Делаю шаг по коридору и внезапно голову пронзает изнутри резкая боль.

Я верчу головой, стараясь понять откуда в меня стреляли, но не помню, чтобы слышал выстрел.

Боль усиливается, я кричу, несмотря на все усилия сдерживаться, и падаю на колени.

Мне словно ткнули в левый глаз раскаленным красным угольком и он дымится мне в мозги.

Стоя на коленях на палубе, перед глазами все бешено плывет.

Шаттл исчезает и я внезапно охвачен ощущением, что кто-то стоит надо мной.

Там, кажется, возвышается массивная темная фигура и намеревается убить меня.

Все вокруг меня взрывается и слышатся выстрелы, они давят на мои бурлящие ощущения.

Мое сердце кувалдой стучится в грудной клетке, иглы боли вонзаются в мои глаза и голову.

Меня вроде тошнит, мои кишки начинает крутить, когда атака спадает, я возвращаюсь на шаттл, все мое тело сокрушено болью.

Пару секунд я стою на коленях, от мучений сжимаю зубы, стараясь сфокусировать взгляд на коридоре, но мое зрение снова в этот миг кружится.

Затем внезапно как возникла, боль также внезапно исчезает.

Даже каких-то остаточных приступов нет.

Меня охватывает паника.

Да что за черт со мной происходит? Что сделали эти мясники с моей головой пока я спал?

Сморгнув слезы боли, я встаю на ноги и шатаясь иду к посадочному ангару.

Снимаю шлем.

В нем я ничего не слышу, а мне нужно чтобы все мои чувства заработали на полную.

Останавливаюсь в паре метров от прохода и слушаю, отсекаю звук своего собственного тяжелого дыхания, бег крови в ушах и стук сердца в груди.

Вроде бы движения не видно, но чтобы знать наверняка, я сначала швыряю вперед шлем.

Он громко лязгает по решетчатому настилу посадочной рампы, но кроме этого ничего не происходит.

Я осторожно появляюсь на входе в отсек.

Его площадь примерно десять метров, огромные внешние ворота воздушного шлюза, дверь в дальнюю комнату закрыта.

Тут негде укрыться, кроме как за дверью, где они скорее всего и прячутся.

Пока я стою и прикидываю варианты, в голову приходит неприятная мысль.

Без понятия как долго должен лететь этот шаттл.

Насколько я знаю, мы можем оказаться всего в паре минут от корабля с колонии и может быть готовимся к посадке.

Мне нужно спешить, потому что если мы окажемся на борту другого корабля, мне некуда будет бежать.

Но как это осуществить? Как пройти через эту дверь и выйти с другой стороны целым? Даже если они до сих пор не подстрелили меня, мне так или иначе все равно нужно войти в дальнюю комнату. чтобы добраться до пилотов.

Я в полной прострации.

Пытаюсь вспомнить, что я придумал ранее, если такое произойдет, но мой разум затуманен.

Так же в голове появилась пульсирующая боль, не такие резкие прострелы мучений как раньше, но в том же месте, из-за этого тяжело мыслить ясно.

Я сажусь у стены напротив двери, автоган у меня на коленях и готов к стрельбе, но я не могу ждать.

Размышляю над идее открыть одну из панелей доступа для техножрецов и устроить неполадки в одном из двигателей, но почти сразу же отметаю эту идею.

Для начала, лучший способ прожариться до корочки - тыкать в механизмы, о которых не имеешь ни малейшего представления.

Далее, нет никаких гарантий, что нанесенные мной повреждения можно будет устранить и мы не будем просто дрейфовать в космосе, пока у нас не кончится воздух.

Я один раз уже почти расстался с жизнью таким образом и повторять этот опыт у меня нет никакого желания.

Сижу тут, и меня накрывает волна депрессии.

К тому же они не позволят мне просто так сдаться.

Только не с кучкой мертвых охранников.

Кроме того, я не могу просто вернуться в камеру, не готов без драки.

Сдаться - это слишком для меня.

Опять же, я ощущаю себя таким одиноким, таким отстраненным от всего что происходит.

Как всегда я один против всей галактике и некому прикрыть мне спину.

Как, во имя всего святого, я вообще попадаю в такую ситуацию? Должно быть Император подготовил ее для меня, учитываю то количество дерьма, в которое он меня ткнул за последние годы.

Это какой-то тест? Я уже бессчетное количество раз доказал свою веру, начиная с момента как увидел первую смерть своего члена семьи и заканчиваю этим моментом, когда я дерусь за право пойти на совершенно безумное и самоубийственное задание.

Какого рожна я это делаю? Мне на самом деле так не хватает сражений?

Правда в том, что да.

Я начал успокаиваться, когда убил свою охрану, но это такое приятное ощущение, оказаться прямо в гуще событий.

Это огромное чувство победы, когда нажимаешь на спусковой крючок и смотришь как они умирают вместо тебя.

Император, это волнующе! В другое время я никогда не испытывал ничего подобного, только когда свистят пули и моя жизнь в руках Императора.

Вот почему я продолжаю сражаться, вот почему мне нужно захватить этот шаттл, развернуть его и вернуться к Полковнику до того, как он покинет "Лавры Славы".

Встаю на ноги и пытаюсь заставить мозги снова работать на всю катушку, игнорирую тупую боль в голове.

Обвожу взглядом отсек в поисках вдохновение.

В потолке есть вентиляционная решетка, но слишком маленькая, чтобы пролезть через нее.

В дальней стене пара панелей.

Может быть оружейные шкафчики? Подхожу к одной напротив меня, чтобы рассмотреть.

Она утоплена в стену и нет ручки, однако видна замочная скважина, так что я понимаю что она заперта.

Пытаюсь подцепить пальцами, но она не поддается.

Возможно у одного из охранников был нож...

Возвращаюсь к телам, чтобы проверить, но ухожу ни с чем.

В итоге у меня три дробовика и четыре автогана, примерно двадцать патронов к первому и сто ко второму оружию.

Можно попробовать палить в дверь и надеяться, что попаду в кого-то, но она достаточно толстая.

Но даже в этом случае, их ничего не остановит, чтобы сделать тоже самое в ответ, как только я начну стрелять.

Нет, в этой задачке скорее разберется разум чем оружие.

Я оглядываюсь в поисках чего-нибудь полезного и замечаю ремни безопасности и их металлические застежки.

Если я их вырву, то у меня появится веревка.

Как можно использовать веревку? Ну для начала можно с ее помощью открыть дверь с расстояния.

Так, я начинаю обдумывать план шаг за шагом.

Могу открыть дверь не расстреливая ее.

Так, могу стрелять в коридор, если понадобится.

Нет смысла начинать перестрелку через дверь, они могут просто держать проход и ждать стыковки, после чего вызвать подмогу.

Насколько я знаю, они уже могли отправить доклад о том, что все идет не так и меня уже может ожидать теплая встреча.

Значит мне нужно что-то, что позволит атаковать.

Можно просто пронестись мимо них, захватить врасплох и надеяться пристрелить их первым.

Но как-то не по мни такие шансы пятьдесят на пятьдесят.

Они могут ожидать такого.

Может как-нибудь их отвлечь? Фальшивый заложник, думаю, глядя на распластанные вокруг меня тела.

Хотя они будут подозрительны, да и не возможно сказать, поверять ли вообще.

Может как-нибудь обмануть их другим способом? Как-то сомневаюсь.

Будь я на их месте, к этому времени я бы уже ничему не доверял.

А этот парень, или парни, умны, он остался в стороне, когда другие попались.

Может быть тогда он трус? Может быть я смогу заключить с ним сделку - скажу ему выходить по-тихому, пока его не постигла судьба приятелей.

Нет, все эти размышления об уловках и хитрых трюках никуда меня не приведут.

Мне нужно попасть туда таким образом, о котором никто в этой комнате и не задумался бы.

Все что мне нужно, всего лишь пара пуль, способных облететь углы, горько шучу я сам про себя.

Моя кривая ухмылка исчезает, когда я продолжаю обдумывать.

А может и есть у меня пара пуль, которые могут облететь угол.

Я могу соорудить что-нибудь их патронов для дробовика и магазинов.

Что-то, что рванет как граната, если в нее попасть.

Ха, связать пару магазинов меж собой и добавить до кучи туда пару патронов для дробовика.

Открыть дверь за веревочку, швырнуть эту штуку внутрь и затем подорвать ее очередью на полуавтомате.

И пока они будут приходить в себя, учитываю что вообще будут держаться на ногах, заскочить туда и завершить работу.

Это план единственного шанса, потому что я потрачу большую часть своих боеприпасов на хорошую, толстую бомбу.

Да какого черта, говорю я сам себе, один шанс лучше чем никакого.

Я мстительно принимаюсь за работу, осознавая что каждая проходящая секунда подводит меня все ближе и ближе к кораблю штрафной колонии и стремительной казни.

Напрягая каждый мускул, я умудряюсь вытащить один из ремней безопасности и трудолюбиво пилю его одним из зазубренных ключей в связке Лангстрама.

Одним из них я связываю три магазина друг с другом наподобие треугольника, в зазор напихиваю восемь патронов для дробовиков.

Мне в голову приходит еще кое-что, я отрезаю одну из застежек и кладу ее в карман униформы охранника, которая все еще на мне.

Осторожно отношу свою импровизированную гранату в стыковочный отсек и аккуратно кладу ее на пол, чтобы легко было попасть.

Дверь на замке и я мягко поворачиваю ручку, пока она не щелкает, теперь дверь можно открыть в долю секунды.

Привязываю еще одну застежку к ручке двери и теперь ее можно открыть рывком.

Используя приклад дробовика, сшибаю вентиляционную решетку.

Как я и подозревал, воздуховод бежит вперед к носу и назад в хвосту шаттла.

Держа в одной руке веревку от двери и гранату поблизости, я вытаскиваю застежку ремня безопасности из кармана и зашвыриваю ее туда, слушаю как она бряцает в сторону носа корабля.

Одним движением, я дергаю веревку двери и хватаю бомбу, зашвыриваю взрывчатку внутрь через открытую дверь.

Падаю на живот и перекатываю к проходу, автоган готов к стрельбе.

Жду пару секунд, дабы убедиться, что никто не подобрал гранату, затем стреляю.

Раздается серия трескучих взрывов, шарахают патроны для дробовика, разрушая при этом магазины, их патроны детонируют на долю секунды позже, заливая всю комнату кусочками шрапнели, некоторые летят мимо меня.

Я перекатываюсь вперед и в слепую палю влево и вправо, а затем ныряю в укрытие центральной лавки.

Нет ответного огня и после взрыва бомбы тишина почти оглушает.

Напрягаю слух, но ничего не слышу.

В полуприсяде крадусь вперед и осматриваюсь.

Комната полностью пуста.

В этом вообще нет никакого гребаного смысла.

На секунду я на самом деле разочарован.

Я медленно встаю, почесываю голову.

Охранник врал или еще несколько остались в кабине? Кажется с меня уже хватит этого дерьма.

В этот момент коммуникационная панель, встроенная в стену рядом с дверь в кабину, с треском оживает и на всю комнату раздается дребезжащий голос.

- Что там за взрыв? - спрашивает он.

Я широкими шагами прохожу комнату и нажимаю на кнопку ответа.

- Да, заключенный соорудил какую-то бомбу, которая шарахнула, - говорю я им, улыбаясь про себя, -

мне нужна помощь, чтобы разобрать этот завал.

- С кем я разговариваю? - с подозрением спрашивает мужчина на другом конце.

- Я думаю, он еще жив, - поспешно отвечаю я, -

хватит задавать глупые вопросы и идите сюда.

Иначе он всех нас взорвет, он достаточно безумен.

- Хорошо, - отвечает парень, устройство связи передает беспокойство в его голосе.

Секунду или две спустя, колесо замка на двери в кабину начинает вращаться и люк поспешно открывается.

Я хватаю за край и открываю его настежь, тыкаю туда дулом и сшибаю охранника с другой стороны на пол.

Бью его прикладом автогана по голове и осматриваюсь.

Пилот и второй пилот в ужасе смотрят на меня обернувшись в своих креслах.

Я небрежно тыкаю в их сторону оружием:

- Планы меняются, - говорю я им, обходя охранника без сознания, -

делайте в точности что я скажу, и все будет хорошо.

- Что ты собираешься делать? - спрашивает второй пилот, в его глазах страх.

- Как раз я ничего не собираюсь, - отвечаю я с ухмылкой, -

а вот вы разворачиваете шаттл и летите прямо сейчас обратно к "Лаврам Славы".

- Но мы уже заходим на посадку, - возражает пилот, указываю в иллюминатор.

Я смотрю через фонарь кабины и достаточно близко вижу корабль штрафной колонии.

Он длинный и серый, к тому же практически лишенный выразительных черт.

Как раз таким я и представлял себе корабль штрафной колонии.

- Так, мне такой ответ не нравится, - предупреждаю я их, улыбка исчезает с моего лица, -

прерывайте посадку и разворачивайтесь.

- Если мы прервем порядок захода на посадку, они поймут, что что-то не так, - информирует меня второй пилот, -

они откроют огонь.

- Ну значит убедите их, что нам нужно развернуться, - раздраженно отвечаю я, -

скажите им, что один из двигателей сильно поврежден или что-то в этом духе.

- Они уже знают, что ты вырвался на свободу, - тяжело признает пилот, -

мы связались с ними пару минут назад.

Если они решат, что ты захватил шаттл, то подумают что мы мертвы и разорвут нас на кусочки.

- Тогда вам тоже лучше спасать свои шкуры, - злобно говорю я, размахивая перед ними своим оружием, дабы подчеркнуть свои слова, -

потому что если вы попытаетесь посадить этот корабль, я пристрелю вас обоих на месте.

Пилот смотрит на меня, затем на второго пилота.

Он еще сильнее оседает в своем кресле и затем возвращается к управлению.

Он щелкает какими-то переключателями и затем кивает второму пилоту, тот делает то же самое на своем конце панели.

Из решетки в потолке начинает раздаваться пронзительный звук сирены и начинают мигать желтые маячки.

Пилот с раздраженным выражением лица смотрит на меня и бьет еще по нескольким кнопкам, отключая тревогу.

В центре контрольной панели начинает пульсировать еще одна лампа.

- Это связь, - объясняет второй пилот, наклоняется вперед и снимает с ушей гарнитуру, -

они спрашивают, почему мы отключились от посадочного устройства слежения.

- Посылай их на хер, - хрипло отвечаю я, -

разворачивай это корыто и жми на газ, мне нужно повидаться с Полковником.

- Они расстреляют нас, - горячо предупреждает меня пилот, -

вы должны поверить мне.

- Ну тогда тебе нужно начинать молиться, чтобы этот шаттл мог уворачиваться и шустрить как истребитель, - будничным тоном отвечаю я.

Он куксится, а затем хватает штурвальную колонку.

Второй пилот что-то настраивает и до моего слуха доносится изменение в шуме двигателей, они пускают вибрацию по всему кораблю.

Пилот уводит нас влево, судно колонии уплывает из виду и затем мы ложимся на новый курс.

Второй пилот снова пришпоривает двигатели и под моими ботинками пол начинает сильно вибрировать.

- Они приказывают нам вернуться на прежний курс или они откроют огонь, - плачет второй пилот, рукой прижимая наушник к голове.

Я ничего не говорю.

В течении нескольких секунд они оба молчат.

- Вот началось, - бормочет второй пилот, откидывает гарнитуру, и крепко хватается руками за свое кресло.

Какие-то росчерки проносятся мимо моего взгляда, крошечные желтые искры, которые секундой позже взрываются огромным росчерком красного.

Ругаясь сквозь зубы, пилот подныривает под плазменную очередь.

Отброшенный назад, я тоже начинаю ругаться, когда врезаюсь спиной в колесо замка.

- Они промахнулись, - говорит второй пилот, внутри него сражаются облегчение и неверие.

- Ты идиот, это просто предупредительный выстрел перед носом, - говорю я ему и он увядает от моего взгляда, -

ты внимательно рули этой штукой.

Вскоре последовали новые взрывы, и я приковал свое внимание к пилоту, как он мягко двигает штурвалом из стороны в сторону, вверх и вниз, беспорядочно входит в штопоры и взлетает, резко падает и уворачивается.

Внезапно шаттл накренился и начал трястись.

Полдюжины красных лампочек загорелось на панели, одновременно с этим начали выть сирены.

- Закрой дверь! У нас разрыв корпуса! - бросает пилот, я разворачиваюсь и с лязгом захлопываю дверь в кабину, отбрасываю автоган, чтобы провернуть колесо замка, пока люк плотно не закроется.

В тот момент, когда я развернулся, второй пилот кинулся на меня, но я уклоняюсь, резко впечатываю свой кулак ему в правый глаз и сшибаю того с ног.

- Не надо геройствовать, - предупрежаю я его, нависаю над ним и еще раз бью, в этот раз разбиваю ему губы.

- Если пообещаешь вести себя хорошо, я больше не буду тебя бить, - добавляю я, и шарахаю меж глаз, ломая при этом нос.

Он скулит и пытается откатиться от меня, но мой ботинок на его животе остановливает его.

Я ставлю его на ноги и откидываю обратно в кресло, где он ошеломленно и замирает.

- На будущее, просто делай то, что тебе говорю, - шикаю я на него, но он слишком ошеломлен, чтобы слушать.

- Тебе придется помочь мне, - зловеще говорит пилот, -

он не в состоянии.

- Ага, типа я знаю, что делать, - саркастически отвечаю я, глядя с сомнениями на второго пилота.

- Делай, что я скажу и все будет хорошо, - уверяет он меня, его слова подчеркиваются еще одним близким взрывом, по бортам шаттла что-то барабанит.

Я сталкиваю второго пилота на пол.

- При любом красном сигнале, просто дергай переключатель под ним, хорошо? - поучает меня пилот, глядя на меня, после чего отворачивается.

- Хорошо, - спокойно отвечаю я, глядя на панель и отключая все под красными огнями.

Это не очень-то сложно.

- Справа от тебя три красных рычага, - продолжает пилот, не глядя на меня.

Вижу их, один за другим.

- Это управление двигателем.

Слева направо от тебя, левый борт, главный и правый.

Понял?

- Левый, главный, правый, - повторяю я, прикасаясь к каждому по очереди, -

уловил.

- Изменяй подачу топлива когда скажу....

остальное теряется во взрыве прямо перед нами, шрапнель ливнем усыпает шаттл.

На смотровом иллюминаторе появляются трещины, от этого в моей груди сжимается комок страха.

Мне не хочется, чтобы меня вытянуло в космос.

Это действительно мрачный способ умереть.

Впрочем любой другой способ умереть тоже не веселее.

- Поставь все три на семьдесят пять процентов мощности, одновременно, - инструктирует меня пилот.

Наклоняюсь вперед, хватаю все три рукой и тяну их медленно к себе.

Они замирают напротив отметки 75% и я оставляю их в покое.

- А теперь давай главный на полную, - медленно говорит пилот, чтобы исключить возможность непонимания с мой стороны.

Я делаю по его инструкции и вытягиваю рычаг на себя.

- Вот и все, мы теперь на крейсерской скорости, вскоре выйдем из радиуса обстрела, - выдыхает пилот, откидываясь на спинку.

- В конце концов неплохо вышло, - хихикаю я про себя, глядя на рычаги управления, -

а я-то думал управлять шаттлом сложно.

- Гораздо легче, когда к твоей голове не приставлен пистолет, - кисло отвечает пилот.

- А что с этим делать? - спрашиваю я, указываю на множество индикаторов над моей головой, их стрелки колеблются в красной зоне.

Пилот бросает туда взгляд.

- Матерь Императора! - ругается он, наклоняясь вперед, чтобы взглянуть поближе, -

у нас утечка плазмы из главного двигателя.

Нужно его отключить и выкинуть ядро, пока весь шаттл не взорвался!

- Типа я знаю что делать, - огрызаюсь я.

Пилот расстегивает ремни безопасности и отталкивает меня с места, садится в кресло второго пилота.

Его руки порхают над кнопками управления, заканчивает он тыкая пальцем в красную руну наверху панели.

Корпус дрожит от четырех последовательных взрывов, затем следует паузу в несколько секунд и финальный бабах, от которого звенит в ушах.

Пилот облегченно смотрит на меня и уходит на свое место.

Я слышу стон второго пилота и смотрю на него.

Он приходит в себя, так что я хватаю его за волосы и тараню его лбом палубу, снова лишая его сознания.

С ним теперь можно особо не церемониться, она явно не так важен.

БОЛЬШАЯ часть полета прошла без происшествий, пилот, кажется, делает то, что ему сказали.

Мне пришлось нокаутировать охранника в кабине, когда примерно через час она начал приходить в себя, но кроме этого, я просто сидел в кресле второго пилота и спрашивал за что отвечают те или иные кнопки управления.

Не известно, когда это может пригодиться.

Все это изменилось, когда мы вернулись в радиус действия связи "Лавров Славы".

Я услышал жужжание в наушниках, все еще висящих на проводе от панели, и поднес их к уху.

- "Альфранон", это "Лавры Славы", что там у вас происходит? - спрашивает голос, -

повторяю, шаттл "Альфранон", доложите о своем статусе.

Я утапливаю клавишу передачи:

- "Лавры Славы", это лейтенант Кейдж из 13-ого штрафного легиона, - докладываю я, на моем лице расплывается усмешка, -

запрашиваю разрешение на посадку.

- Кто, мать твою? - восклицает с другой стороны офицер связи. -

Что происходит?

- А, "Лавры Славы", это лейтенант Кейдж из 13-ого штрафного легиона, - повторяю я, -

я это, вроде как реквизировал шаттл по срочным военным нуждам.

Пожалуйста, свяжитесь с моим командующим офицером, Полковником Шаффером.

- Кто-нибудь, пригласите сюда Шаффера, живо! - я слышу как офицер кричит по связи, после чего опять обращается непосредственно ко мне.

- Кто пилотирует шаттл? - торопливо спрашивает он.

Я смотрю на пилота.

- Как тебя зовут? - спрашиваю я, осознав, что я так и не спросил.

- Карандон, Люкас Карандон, - отвечает он смущенно.

- Пилот Карандон за штурвалом, я ассистирую, - докладываю я, подмигиваю пилоту, -

у нас тут некоторые повреждения, пришлось выкинуть главный двигатель.

Отпустив клавишу передачи, я смотрю на Лукаса.

- Им еще что-нибудь следует знать? - спрашиваю я, кивая в сторону связи.

- Ах да, скажи им, что у нас так же возможно разгерметизирован корпус, - говорит он, через секунду размышлений.

- У нас так же разрыв корпуса, не знаем где, - передаю я сообщение, поднеся микрофон к губам.

- Кейдж, ты что там вытворяешь! - рявкает в ответ на меня Полковник, от неожиданности я почти роняю гарнитуру.

Я начинаю отвечать, но замолкаю, внезапно запутавшись.

А что я делаю? Пару часов назад все было так предельно ясно, но за всей этой заварушкой, я как-то все подзабыл.

- Назови мне хоть одну причину, по которой я не отдам приказ экипажу расстрелять шаттл, - продолжает Шаффер и я слышу в его голосе гнев.

Мне начинает казаться, что это не было уж такой хорошей идеей.

Может быть я был слишком оптимистичен.

- Чтож, у меня тут в кабине три хорошие причины, - отвечаю я, стараясь скрыть в своем голосе сомнения, но не очень-то успешно, -

плюс, может быть кто-то еще остался в живых.

- Я как-то особенно не пылаю к ним любовью за то, что они позволили захватить шаттл, Кейдж, - тяжело говорит он.

- Не отсылайте меня обратно в тюрьму, Полковник, - внезапно вырывается у меня, -

Возьмите меня с собой! Хотя бы дайте нам сесть и я все объясню.

- Я дам разрешение на посадку, но больше никаких обещаний, - говорит он мне и я слышу как щелчком прерывается связь.

Следующие полчаса будут для меня очень нервными.

Я сижу тут и дергаю управление, по советам Люкаса, пытаясь собраться с мыслями.

Полковник разговаривал не очень-то довольным тоном, мягко говоря, и нужно будет его убедить.

К тому же, что такое сказать, чтобы он не пристрелил меня на месте, как только я сойду с шаттла? На самом деле такой исход событий более вероятен, чем что-либо другое.

И все же у меня три заложника.

Несмотря на то, что говорит Полковник, это должно дать мне какие-то рычаги воздействия.





Дата публикования: 2015-07-22; Прочитано: 179 | Нарушение авторского права страницы | Мы поможем в написании вашей работы!



studopedia.org - Студопедия.Орг - 2014-2024 год. Студопедия не является автором материалов, которые размещены. Но предоставляет возможность бесплатного использования (0.034 с)...